Князево располагалось на побережье и было популярное благодаря бесконечным песчаным пляжам, и сюда летом приезжали семьи с детьми — владельцы частных домов, которые сдавали комнаты отдыхающим, хорошо зарабатывали."
"К двум дня мы продали все и поехали назад. Я думал, это очень кстати, потому что накопились рубли, и их срочно надо было обменять на доллары. В памяти взрослого плавало знание, что в 1994 году был очередной обвал рубля. Но когда именно это случилось, вспомнить не получалось, как и не было уверенности, что такое событие имело место в реальности.
В девяностых что ни месяц, то какой-то катаклизм — как тут все запомнить?
Последний мешок мы отвезли по адресу в два часа дня и рванули назад. В полчетвертого были в центре, на парковке возле рынка, где я рассчитывал купить пятьсот пятьдесят долларов у валютчика Павла. Каналья вызвался меня подождать, получил свои деньги, посмотрел пристально и сказал:
— Почему ты мне доверяешь? Я ведь легко могу провернуть это все сам.
— Можешь, — кивнул я, — а я не смогу работать один, и напарника найти будет сложно.
Но этот бизнес будет сверхприбыльным совсем недолго, потом все поймут, что так можно, подумают, чем они хуже нас, и покатится по поселкам грузовик за грузовиком. Если три мешка в селе продашь — хорошо. И менты научатся ловить горе-спекулянтов. Так что ты потеряешь и работу, и бизнес, и напарника.
— Логика в этом есть. Но неужели ты не нервничаешь?
— А смысл? — дернул плечами я. — Лучше пусть вороватый человек проявится на начальном этапе, чем потом, когда обороты увеличатся.
— Хм… ты правда думаешь, что этот бизнес скоро загнется?
— На сто процентов уверен. Автомастерская — вложения с прицелом на будущее, хоть сейчас она и будет давать меньший доход, чем торговля.
— Ладно, доверюсь твоему чутью. И еще… я не предам. Хочешь верь, хочешь нет. И мне нравится твоя стратегия!
— Я знаю.
Интересно, все, кто поддался внушению, не способны меня предать, или в них просто просыпается сознательность, даже в самых, казалось бы, пропащих?
— Беги меняй баксы, я тебя жду! — Каналья мне подмигнул.
— Мне безумно нравится работать с тобой. Иногда кажется, что ты — мой ровесник или даже старше. Олег кунг-фу сказал бы, что у тебя старая мудрая душа.
Это как раз-таки неправда, душа юная, сердце — пламенный мотор, а вот знания… Но я не стал ему ничего доказывать. Машину мы должны были сдать до восьми вечера, и перед покупкой баксов я побежал проведать Наташку. Она вчера сама не своя была, я за нее волновался.
