Я обернулась и, конечно, заметила нескольких коллег, которые лениво стояли у входа, делая вид, что проверяют телефоны, но на самом деле явно наблюдали за нами. Прекрасно. Именно то, что мне нужно – новый повод для офисных сплетен. Я резко повернулась обратно к Наилю, понизив голос до шёпота:
– Именно поэтому я не хочу, чтобы нас видели вместе. Люди уже шепчутся.
Он хохотнул, абсолютно невозмутимый.
– Пусть шепчутся. Мы же не делаем ничего скандального. Пока.
– Наиль! – Мой голос сорвался, и я сделала шаг ближе.
– Это не смешно.
– Немного смешно, – сказал он, наклоняя голову. – Ну же, Мари. Садись в машину.
– Нет, – твёрдо заявила я. – У меня есть своя машина, и, в отличие от тебя, я не нуждаюсь в том, чтобы устраивать из этого спектакль.
Он приподнимает бровь, его тон становится дразнящим.
– О, ты про ту машину, что стоит в углу? Ту, которую ты, кажется, старательно избегаешь из-за ненависти к пробкам?"
"Я проследила за его взглядом и увидела свой старенький седан, криво припаркованный на привычном месте.
На фоне его блестящего, идеально ухоженного внедорожника он выглядел как развалюха. Но это была моя машина, и это главное. А та дорогущая машина, которую мне когда-то подарил Наиль, осталась в гараже нашего дома. Я оставила все его подарки.
– Да, это моя машина, – сказала я, высоко подняв подбородок. – И я вполне могу сама доехать до дома.
Моя челюсть сжимается так, что начинает болеть.
– Я знаю тебя, – спокойно отвечает он. – И я знаю, что ты бы предпочла закончить день бокалом вина, а не борьбой с трафиком.
Позволь мне облегчить твою жизнь.
– О, конечно, – говорю я с таким сарказмом, что он мог бы разрезать стекло. – Потому что позволить тебе быть моим шофёром так классно сработало в прошлый раз. Что теперь? Отвезёшь меня домой, нальёшь выпить, а потом что? Рассчитываешь, что я снова окажусь в твоей постели?
Его улыбка исчезает, сменяясь чем-то тёмным, серьёзным.
– Может, я просто хочу поговорить, Мари. Ты когда-нибудь об этом думала?
Я смеюсь, но смех звучит горько, почти пусто.
– Поговорить? Наиль, ты умеешь говорить только тогда, когда тебе от этого что-то надо.
– Если ты хочешь сорвать на мне злость, то могла бы сделать это с комфортом.
Я закатила глаза.
Его улыбка стала хищной. Он открыл дверь, вышел и, прислонившись к машине, сложил руки на груди. Он выглядел слишком довольным собой.
– Ты права. Это была бы ужасная идея. Абсолютно безрассудная.
