Он помнил страшную отчужденность, путаницу мыслей, головокружение, ощущение невероятной тяжести, когда, кажется, невозможно пошевелить рукой или ногой, а в следующий миг — странное чувство легкости во всем теле, желание раскинуть руки и взлететь. Вдобавок Кэтрин почти ничего не видела.
«Если мне удастся снять Кэт с фронтона, я никогда не выпущу ее из своих объятий», — поклялся себе Лео.
— Знаете, Маркс, — заговорил он будничным тоном, как только смог побороть леденящий ужас, — из всех переделок, в которых нам с вами довелось побывать, эта, без сомнения, самая рискованная.
Кэтрин приподняла голову и близоруко прищурилась.
— Милорд?
— Да, я собираюсь вам помочь. Сидите спокойно. Конечно же, вы постараетесь усложнить мне задачу и помешать героическому спасению.
— Вовсе нет. — Голос Кэтрин звучал невнятно, но, слава Богу, в нем слышались знакомые возмущенные нотки. — Я не нарочно. Я просто хотела выбраться отсюда.
— Знаю. Через минуту я втащу вас в комнату, и мы сможем вдоволь попререкаться, а пока…
— Я не хочу.
— Не хотите вернуться в комнату? — удивился Лео.
— Нет, не хочу спорить. — Кэтрин снова уронила голову на колени, послышалось сдавленное рыдание.
— Боже, — прошептал Лео, чувствуя, что нервы вот-вот сдадут. — Милая, пожалуйста, мы не будем ссориться. Обещаю. Только не плачьте. — Он прерывисто вздохнул, когда Гарри передал ему веревку с петлей, завязанную отменным морским узлом. — Кэт, послушайте меня… поднимите голову и немного опустите колени.
Я собираюсь бросить вам веревку, но не вздумайте потянуться за ней, это очень важно, понимаете? Просто сидите смирно, и петля упадет вам на колени.
Кэтрин послушно замерла, щурясь и моргая.
Лео слегка раскачал веревку, примериваясь, оценивая расстояние. Затем медленным плавным движением бросил петлю. Веревка не достигла цели, скользнув по карнизу возле ног Кэтрин. Посыпалась каменная крошка.
— Бросайте сильнее, — проговорила девушка.
Несмотря на отчаяние и мучительную тревогу, Лео с трудом удержался от улыбки.
— Вы всегда будете указывать мне, что делать, Маркс?
— Вряд ли, — отозвалась Кэтрин после минутного раздумья.
Лео размахнулся и снова бросил веревку. На этот раз петля упала на колени Кэтрин.
— Я держу веревку.
— Хорошая девочка, — кивнул Лео, стараясь придать голосу спокойствие. — Теперь проденьте руки в петлю и дайте ей соскользнуть вниз, к груди. Пусть веревка пройдет под мышками.
