Автор
В зале учителя Лаура нетерпеливо ожидает начала занятий. Ее взгляд скользит по телефону, демонстрируя недовольство очередной задержкой. Вопреки привычным строгим порядкам, она предпочитает избегать формальностей в своей работе. Здесь важно сохранять динамичный и живой дух, чтобы облегчить рабочую атмосферу для своих сотрудников. Это роман о взаимодействии людей в условиях высоких технологий и строгих инструкций....
Трусливо отворачиваюсь, понимая, что, как только Адам поест и уляжется в манежик, мне не удастся отвертеться от откровенного разговора.
И не то, чтоб я его не хотела… Просто понимаю, что это будет трудно.
И вообще…
Я ведь все время подспудно ждала, что Азат, если узнает о ребенке, поведет себя или в своей привычной манере бешеного зверя, никого и ничего не слыша, круша все вокруг, или, наоборот, как холодный монстр из снов…
Но Азат ведет себя совершенно непривычно. Так непохоже на уже сложившееся о нем мнение, подправленное впечатлениями о его поведении здесь, в Европе, и удачно затершимися воспоминаниями о нашем счастливом прошлом.
Мы помним плохое ярче, чем хорошее, к сожалению… Я до последней паузы помню этот его разговор с Рахметом, но наши ослепительные счастливые минуты слились в один яркий комок, ни дня не вычленить…
Сейчас уже понятно, что моя вина в произошедшем серьезна. Он тоже не ангел, да и вообще… У меня было право так поступить, сбежать, чтоб обрести свободу, было!
Но скрывать ребенка… Не знаю.
А вот сейчас, после того, как увидела, какими глазами Азат смотрит на сына, как держит его, вспоминая, как дрогнули его пальцы при первом прикосновении, как расширились зрачки при первом взгляде… Я уже ничего не знаю. И ни в чем не уверена.
И сейчас…
Он так смотрит. Так, что мне одновременно жутко, страшно и волнительно.
Это какой-то новый Азат, я не знаю, чего от него ждать…
И возникает вполне закономерный вопрос: а знала ли я своего мужа на самом деле? Понимала ли?
Правда, надо сказать, что он и сам не спешил раскрываться, прочно навязав мне привычную жизнь жены богатого человека, не занятой ничем, кроме себя и дома.
Но и я, наверно, хороша… Я говорила ему, что мне не нравится? Я, может, пыталась разговаривать? Нет… Я все скрывала, все копила в себе, приказывая себе привыкнуть, уговаривая, что все так живут, и что я же его люблю, а значит все стерплю, все получится.
Я попала в ловушку и ловко подстроила свой мозг, чтоб не было так жутко от этой ситуации.
А потом, когда раскрылись глаза, в один момент буквально… Я словно заледенела. Очередное предательствто близкого человека подкосило, заставило онеметь, закаменеть изнутри. Я плохо помню, о чем думала в те жуткие несколько дней, пока искала пути побега.
