ПЕРВЫЙ ТОМ ТУТ: год. Дерзкая операция по угону советского вертолёта провалилась. Экипаж капитана Клюковкина, рискуя жизнью, сорвал планы врага. Осталось лишь выжить и вернуться.Жар и зной пустыни. Горячие и стреляющие горы. Опасность поджидает за каждым камнем. Нет воды и сил. А ещё по пятам следуют духи и кое-кто намного опаснее....
Похоже, «Афганский рубеж 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И если быть до конца честным, я был ей рад.
— Саша, ну я же просила быть аккуратнее. Посмотри на себя. Форма грязная, в крови. Ещё и не в твоей небось… — продолжила причитать Тося, осматривая меня.
Не могла найти другого места для обследования. Вызвала бы к себе и там бы я хоть до пояса разделся. Авось и на чай «нарвался» заодно.
— Антонина, всё нормально…
— Нормально, это когда ты дома с женой. На даче работаешь. Картошку копаешь, травку пропалываешь. А ещё нормально, это когда ты на своём вертолёте прилетаешь домой, а не в грузовой кабине с группой эвакуации.
Ну вот опять начала! Как будто нравоучения от старушки слушаю. Надо что-нибудь ей сказать такое, чтобы она сильно задумалась.
— С точки зрения банальной эрудиции, в аспекте призматической парадоксальности, цинизм твоих слов ассоциируется мистификацией парадоксальных иллюзий, — сказал я с видом настоящего учёного.
Стопроцентное попадание! Тося после услышанного чуть не выронила медицинскую сумку. Ещё несколько секунд она пыталась понять сказанное.
— Ты… эт самое… ну я поняла, что по-другому было нельзя, — ответила Тося и, забрав сумку, развернулась в сторону медицинского пункта.
Не сказать, что у неё было расстроенное лицо. Всё же, она хотела мне помочь.
Тося отошла на пару шагов и повернулась ко мне.
— Саш, давай чай попьём. Ты ведь сам говорил, что мы же не чужие друг другу люди, — предложила Тося.
— Не возражаю, — ответил я и Антонина обозначила мне время прибытия в медицинский пункт.
Видно, что моё согласие её немного обрадовало.
В моей комнате уже шёл обыск, так что добраться до своих вещей сразу не получилось. Приведя себя в порядок, я прилёг и уснул.
На чай к Антонине я в этот день не попал. Не получилось и на следующий. Более того, мне постоянно нужно было находиться на расстоянии вызова в кабинет особистов или на разговор с Казановым или Римаковым. Чаще всего вызывали сотрудники особого отдела.
Работа шла крайне серьёзная. Приезжали важные люди и с Кабула, и с Москвы. Такой инцидент пройти бесследно не мог.
Спустя неделю меня наконец-то вызвали к себе Максим Евгеньевич и Виталий Иванович. Если быть более точным, мне было указанно прибыть в кабинет командира отдельной вертолётной эскадрильи.
Войдя в штаб, я встретился с лейтенантом Саламовым. Рашид меня крепко обнял, будто старого друга.
— На беседу? — спросил он.
— Да.
