ПЕРВЫЙ ТОМ ТУТ: год. Дерзкая операция по угону советского вертолёта провалилась. Экипаж капитана Клюковкина, рискуя жизнью, сорвал планы врага. Осталось лишь выжить и вернуться.Жар и зной пустыни. Горячие и стреляющие горы. Опасность поджидает за каждым камнем. Нет воды и сил. А ещё по пятам следуют духи и кое-кто намного опаснее....
Похоже, «Афганский рубеж 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Уже как на работу хожу общаться.
— Это хорошо. Мы так и не пообщались после нашего возвращения. И не отметили этот момент, — улыбнулся Саламов, щёлкая себя пальцами по сонной артерии.
Мы в течение пары минут пообщались и разошлись. Заставлять ждать кураторов не стоит.
Постучавшись в дверь кабинета, я получил разрешение войти. Зайдя в помещение и закрыв за собой дверь, быстро осмотрелся.
Всё как и всегда при таких вызовах. Один сидит за столом, второй — в стороне и контролирует меня сбоку.
Было единственное и очень серьёзное отличие — не работал кондиционер.
"Максим Евгеньевич махал на себя тетрадью. Рубашку он расстегнул почти до пупка, показывая густую растительность волос на груди.
Виталий Иванович был более стойким. Он спокойно сидел у стены и медленно истекал потом, держа в руках только платок.
— Кондиционер сломан, так что будем терпеть, Сан Саныч, — тяжело произнёс Римаков и показал на стул.
Как только сел, сразу почувствовал, что предыдущий гость здесь тоже потел изрядно. Задница моментально намокла от влажной поверхности сидушки.
— Как видите, нам тоже несладко во время допроса, — улыбнулся Максим Евгеньевич, достав из портфеля папку.
Как-то уж очень знакомы мне цифры, которыми она подписана. Где-то уже фигурировало число «880».
Память сработала моментально. Именно эта папка была при Максиме Евгеньевиче в первый день нашего знакомства.
— Давайте к делу. Ситуация сложная. Нам с Виталием Ивановичем дали много серьёзных пи… письменных рекомендаций. Всё я зачитывать не буду, но хочу показать вам одну газету.
Виталий вытащил из портфеля свёрнутый экземпляр печатного издания. Это была пакистанская газета «Дэйли Джанг». Печатный язык у неё — урду, так что я ничего здесь не смог разобрать.
А вот узнать на первой полосе Евича получилось без проблем. Видимо, уже дал интервью зарубежному изданию.
— Скотина.
— Сказал он много, но ничего оригинального. В ЦРУ как будто только одну речь придумали и перебежчикам суют, — ответил Виталий и положил сверху ещё одну газету.
Это уже была официальная газета Пакистана «Рассвет». Тут уже интервью было на английском. Я напряг все извилины и быстро пробежался по тексту.
— «Я принял это решение в связи с недовольством этой страной.
