Но взрывы продолжались недолго: вскоре послышались крики людей, какие-то команды. Шум и неразбериха нарастали. А я так и сидела, ожидая непонятно чего. Дав себе мысленную затрещину, поднялась во весь рост и закричала в сторону окна. Звала на помощь снова и снова, пока не перешла на хрип из-за того, что в горле окончательно пересохло. Обессилено прислонилась к стене и сползла обратно на матрас. Надо дождаться, как гул наверху стихнет, и снова попробовать.
Вскоре услышала шаги на лестнице, а потом и в коридоре. И с подозрением покосилась на решетку.
Не факт, что наверху победили «наши». Увидев же Берхарда в неприметной одежде, не смогла сдержать стон облегчения. Оглядев замочную скважину, Берхард приложил замок каким-то убойным заклятием, так что дверь сама распахнулась. Чувствуя, как глаза защипало, прикрыла веки, борясь со слезами. Но они, предатели, все равно покатились из глаз.
- Аня, Анечка, ты как? – обеспокоенно зашептал Берхард, оказавшись рядом спустя секунду. – Где болит? Не молчи, родная.
- Всё хорошо, - сдавленно пробормотала я, сражаясь с приближающейся истерикой. Берхард обхватил мои кандалы рукой и снова бахнул магией, освобождая мои руки. Не успела я обрадоваться раздолью, как меня вновь обездвижили, сжав в крепких объятиях."
"- Цела, слава всем Богам, - негромко произнес Берхард, покрывая поцелуями мое лицо. И от того, как это была сказано, все остатки самоконтроля полетели к чертям. Я всхлипнула, глубоко вдохнула в последней попытке справиться с истерикой и все-таки расплакалась.
– Тсс, тихо, маленькая, всё позади, – шептал мужчина, продолжая ловить губами мои слезы. Устроившись на матрасе, он пересадил меня к себе на колени, продолжая шептать какие-то нежности. А в следующую минуту все-таки добрался до моих губ, впиваясь в них с ошеломляющей страстью. С тихим стоном ответила на поцелуй, вцепляясь в его плечи, как утопающая. Позже повозмущаюсь его произволом, но сейчас мне именно это необходимо.
Не знаю, сколько продолжались наши безумные поцелуи, но Берхард сам остановился.
И снова сжал меня в объятиях слишком сильно. Но я не сопротивлялась, наоборот, уткнулась носом в его шею, чувствуя, что леденящий душу страх испарился.
- Как же я за тебя испугался?! - прошептал он растерянно. А после словно очнулся. - Ты как? Может, лекаря позвать? – обеспокоенно спросил герцог, пытаясь заглянуть в мои глаза. Ну вот! Такой момент испортил! По закону жанра рыцарь должен был сейчас признаться в своих чувствах.
