Прицелился…
БАХ-БАХ-БАХ!
От двери полетели щепки. Теперь ход за омоновцами… и они его сделали.
Встречная очередь роем пронеслась по библиотеке: пули с сочным чмоканьем впивались в книги. Стреляли недолго – фактически просто «шумнули», – но этого хватило: Старостин, прошитый в нескольких местах, отлетел вместе со стулом, дернулся и затих.
Стас пнул стол – чтобы не выглядел как укрытие, – одновременно бросая пистолет в сторону подполковника. Вовремя – дверь слетела с петель от мощного пинка, и комнату заполнили вооруженные люди в черных масках.
Среди них Хабаров разглядел человека в гражданском, который задерживал его дома, – следователь.
– Не стреляйте, я…
Может быть, выпрыгнул слишком резко. Может, «следак» устал и был взбудоражен боем… Причин для дальнейшего много, итог один – палец на курке человека в штатском дернулся. Хабаров почувствовал страшный удар в грудь…
Последней мыслью была: «Не вести мне Настюшку в школу… Жаль!»
* * *
Он несся по туннелю, не ожидая в конце пути ничего хорошего.
Мелькали лица: Вовчика, Ольги, Лены, Трофимова, Бахи… Они смеялись и звали, но Стас не хотел их видеть: «Хоть в аду вас всех не будет…» В ушах звенело, скакали какие-то совсем уж отвлеченные мысли…
– Очнулся? – не открывая глаз, он разобрал голос Поспелова. – Эй, Хабаров? Давай, держись, едем в больницу! Слышишь?
Стас замычал, силясь что-то сказать… И отключился.
* * *
Пробуждение было ужасным – голова раскалывалась, перед глазами плясали цветные круги, грудь чесалась и саднила… Стас попытался лечь удобнее, но левую сторону пронзила такая боль, что он охнул и оставил попытки.
– Лежите спокойно! – молодой девичий голос вывел из забытья. – Вам нужен покой!
– Где я? – Хабаров не узнал собственный хриплый голос. – Попить бы…
– Вот… – почувствовал, как к губам поднесли стакан, – немножко, много нельзя…
Сделав несколько глотков, он наконец открыл глаза. Сначала появился штукатуренный потолок, потом девчонка лет двадцати в белом колпаке. Она улыбалась:
– Вот молодец! – Поправила подушку.
– За доктором сбегаю, вы лежите спокойно!
Стас кивнул, действие отняло последние силы – он снова отключился.
– Ну-с, больной… – Открыв глаза, увидел невысокого, удивительно розового мужика, так и пышущего здоровьем. – Как мы сегодня?
– Отвратно, – Хабаров нашел силы хмыкнуть, – бывало значительно лучше.
– Не удивительно, – врач изучал бумаги, – пуля в сердце… Ну, почти в сердце: иначе бы мы не разговаривали.
