Рассвет над Тырну-Фошей покрылся золотистыми тенями, когда подразделение Ненашева выстроилось в ущелье. Темное небо застилало мрачный туман, скрывая деревню Пештера. Лес вокруг медленно опускался вглубь, словно шепча тайные откровения под привычным покровом чистоты. Воздух давил и навевал мрачность - это место не лукавило с людьми на пути войны....
Вадим всматривался во все это до боли в глазах.
Кругом царило гробовое безмолвие. Только где-то далеко в лесу покрикивал филин.
Дурные предчувствия не отпускали майора. Ком подкрался к его горлу, забил дыхательные пути."
"– Скажу тебе самое смешное, командир, – прошептал Кустовой. – Мы сейчас вернемся в замок, выясним, что там все в порядке, и как потом объясняться будем перед Василевичем? Почему нарушили приказ? Пусть начальство подшивает к делу твои предчувствия?
– За все несу ответственность только я, – заявил Вадим.
Кустовой не нашел достойного ответа на это. Факт остался фактом. Часовой отсутствовал. Пусть он даже не сидит на месте, где-то ходит, но все равно обязан себя обозначить. Фонари не горели.
Вадим на цыпочках перебежал двор, присел у крыльца и махнул рукой. Давай, мол.
Тяжелая входная дверь была приоткрыта. Это еще почему? Она оснащена пружиной и должна быть захлопнута.
Кустовой пробежал по двору какой-то путаной змейкой, пристроился рядом со Злобиным, перевел дыхание и сказал:
– Дверь приоткрыта, командир. Почему?
На крыльцо офицерам пришлось вползать. Тишину они не нарушали.
В дверь уперлись ноги человека, лежащего в тамбуре. Оттого она и не закрывалась.
Сердце Вадима сжалось.
«Что же я наделал? Почему не остался в замке? Как противодействовать несвоевременным и вредным приказам начальства?» – подумал он, перебрался на крыльцо и потянул дверь, расширяя проем.
Кустовой проскользнул внутрь, стараясь не наступить на человека, застывшего на полу. Офицеры сели на корточки, один внутри, другой снаружи.
– Командир, это Семушкин.
– Живой?
– Нет. Пульс не прощупывается. Слушай, он уже холодный. Сколько часов мы отсутствовали?
– Часа четыре.
– Ему, наверное, часа три. Оружие у него забрали. В груди пулевых отверстий нет, но лужа под спиной натекла.
– Без паники, Михаил. Давай в холл, там рассредоточимся. Держи оружие наготове.
Сердце Вадима билось как сумасшедшее.
«Неужели мы опоздали и в замке уже никого нет, кроме мертвых? А если есть? Тогда в наличии у нас небольшой козырь. Нашего возвращения здесь не ждут».
