Автор
Когда казалось, что ты отступила от своего страшного прошлого и забыла о его призраках, жизнь преподнесла тебе новый поворот. Теперь ты не только должна избежать встреч с теми, кем больше не хочешь связываться, но и сохранить свою надежду на счастье в мире, где удача часто играет жестокие мелодрамы. Как ты будешь жить дальше после того, как почувствовала его руку — мужественный взгляд и хватка, от которого волосы дыбом поднимутся?...
— Скотина! Какая же ты скотина, Кравцов! — ору в пустой салон и бью ладонью по рулю.
Я же полюбила тебя. Полюбила! Старалась. И в самом деле старалась. Нам хорошо было вместе, я ведь чувствовала. Так какого черта нашло на тебя, Кравцов?!
Дома становится совсем тоскливо. Квартира пустая и мертвая. А ещё теперь она мне кажется чужой.
— Ничего, солнышко, все у нас хорошо будет. — Я глажу живот, потому что малышка тоже разволновалась и начала активно пинаться.
Нужно успокоиться и наконец-то выяснить, что происходит.
Но Безруков трубку не берет. Даже после четвёртого звонка.
Ладно. Спокойно. Осталась Таня.
Я долго смотрю на список контактов, прежде чем набрать подругу. Размышляю над тем, могла ли она в самом деле сдать меня, да ещё и к Дане приставать. Но если не она, то как он узнал, где я?
Выбираю стратегию нападения.
— Алло? Решетникова? С ума сошла? Ты время-то видела? — сонно бормочет она.
Ну да, сейчас уже первый час ночи. Это Семёнова сладко спала все это время, я же переездом занималась.
— Таня, подруга моя дорогая, — начинаю я, — а скажи-ка мне, как так получилось, что ты вместо того, чтобы прикрыть меня, пошла к моему мужу и рассказала, где и с кем меня можно найти? Да не только рассказала, ещё и наплела бог знает что! — со злостью выдаю я, и на том конце провода возникает долгая пауза.
— Знаешь, подруга, — последнее слово она практически выплевывает, — наверное, пришло время расставить все точки над «i», потому что мне надоело постоянно находиться в тени невероятной Милы! Даня мой! Всегда был моим, а ты украла его у меня! — Яд прямо-таки сочится из ее слов.
— О чем ты? — пораженно спрашиваю я, такое поведение подруги меня удивляет.
— Я ещё со школы его любила, пыталась заставить его посмотреть в свою сторону, но он, кроме тебя, никого вокруг не замечал! А тебе он не нужен был, как и сейчас! А мне знаешь каково было? Знаешь, Мила? Общаться с ним, видеть его, но при этом знать, что на меня он никогда не будет смотреть так, как смотрит на тебя.
На какое-то время в трубке воцаряется тишина. Слышно лишь наше с Таней тяжелое дыхание. Сердце в груди колотит неистово сильно. Я пытаюсь переварить сказанное ею, но не выходит.
