Раскачиваюсь.
За рёбрами всё закипает. Пальцы сжимаются в кулаки. Я понимаю, что с дороги всем хочется отдохнуть, но складывается ощущение, что Олег Вячеславович нарочно держит интригу.
Он выходит ко мне спустя полчаса, переодевшись в более свободную и летнюю одежду вместо делового костюма. Походка, прищур и усмешка — всё это настолько напоминает Мира, что я вдруг на секунду забываю о негативе, который испытываю к Авдееву-старшему.
— Как ты тут, Дарья? Насколько я помню, ты впервые в Испании?
Да, впервые.
Но можно, чёрт возьми, перестать томить?
— Всё хорошо. Мне нравится. Как дела у Ратмира?
Дядя Олег откидывается на спинку качелей и случайно задевает рукой мое плечо.
— К счастью, завтра его отпустят, сняв все обвинения, — довольно произносит. — Это стоило мне больших затрат, но одно я знаю наверняка — детям надо помогать. Тем более, на месте Ратмира я поступил бы ровно так же.
От услышанного резко встаю на ноги, ликуя и дрожа от предвкушения.
Что же он молчит? Что же он без конца терзает мою душу?!
— Куда ты, Дарьюшка? — притворно-ласково интересуется, когда я делаю шаги к дому.
— Собираюсь вернуться. Понимаете, мне очень сильно нужно его увидеть…
Олег Вячеславович похлопывает себя по карманам и достает мятую пачку сигарет. Снисходительно улыбается, слушая мою сумбурную речь.
— Сядь."
"Единственное желание на его просьбу — делать ровно противоположное, поэтому я отхожу до тех пор, пока не упираюсь лопатками о стену.
— Сядь, я же сказал, — произносит уже чуть жестче. — Ты всё равно никуда не улетишь, пока я не позволю. Все твои документы находятся у меня.
Глава 54
***
Дальнейшие события проходят будто в густом темном тумане: нереалистичные, карикатурные, искаженные.
Чтобы немного успокоиться, я пью второй бокал вина, но кроме размазанных и неточных движений ничего больше не получаю.
В зале ресторана полно людей. Играет весёлая испанская музыка. Подают закуски и алкоголь. Серия вспышек фотоаппарата ярко слепит глаза.
Хочется ткнуть надоедливым папарацци средний палец, а после этого сбежать отсюда на край вселенной, но я не могу себе этого позволить. После тонны угроз я чувствую липкий, нечеловеческий страх, въевшийся под кожу.
Вечер идёт по заранее продуманному сценарию.
