Михаил кончил почти сразу же, и на его смену пришел кто-то другой. Диана назвала его про себя “черный” за его цвет волос. Когда черный пристроился сзади и стал жестко иметь ее в анал вторым членом, она возненавидела его. Он грубо двигался в ней, схватив за груди и, временами, еще и с силой крутя соски. Кончили ребята почти вместе, и Диана почувствовала, как ее растраханный анус, обволакивается их горячей спермой.
Когда все парни были измотаны, она оставили ее лежать и стали собираться в клуб. Диана лежала и слышала, как они все сидят с жаром обсуждают ее, придумывая, что еще можно с ней сделать завтра.
Так началась “веселая” жизнь Дианы в роли рабыни близнецов, переданной по наследству от Александра. Несколько дней такого безудержного секса и Диана еле стояла на ногах. Целыми днями она ублажала многочисленную араву парней под веселое улюлюканье и постоянные шлепки по телу.
Мирослава, навещавшая Олега, не рассказывала ему о том, что Диана “развлекается” с его братьями, боясь, что он сбежит из больницы и снова не вылечит до конца свою язву.
Она заверила его, что Диана в полной безопасности и Александр ее больше не беспокоит.
Диана же сама боялась, что Олег узнает о ее приключениях с братьями и их дружками и возненавидит ее. Она мужественно терпела все их домогательства и старалась не сетовать на судьбу.
Все изменилось, когда из больницы вернулся Олег. Первым делом он направился к Диане и она ему рассказала все, что происходило в его отсутствие, признавшись также и в том, что его братья каждый день “навещают” ее.
Олег без лишних разговоров увез Диану из дома и спрятал ее от братьев. Затем он написал заявление в полицию и рассказал о трупах, которые отец прятал в своем саду. Копию заявления, “для скорости рассмотрения заявления”, от отправил в прокуратуру. Уже вечером в их огромном дворе начались “раскопки”.
Александр так и не смог восстановиться, врачам удалось его “откачать”, но он теперь вынужден был остаться в роли “овоща”, который мало что соображает и ходит под себя.
– Ему повезло, что он стал таким, – злобно произнес Олег, когда они со Мирославой пили чай на кухне, – Сейчас бы его засадили на такой срок, до конца дней не вышел бы!
– Его уже бог наказал, – заверила его женщина, – В его положении жизнь – настоящее наказание, лучше уж смерть!"
"– Ох, не знаю… Как-то стремно осознавать себя сыном серийного маньяка… Мы с ребятами решили продать все и уехать, как только вступим в наследство.
