Большинство людей, включая Карася, спокойно дремало, словно отсыпаясь впрок. Только время от времени менялись дозорные. Каждые три часа Карась открывал глаза и выслушивал доклад очередной пары дежурных. Все они докладывали одно и то же. Перед проходом все чаще появлялись звери, часть которых уходило внутрь, к озеру, а остальные, побродив беспокойно рядом со сплошной цепью аномалий, снова тихо исчезали в лесу.
Ближе к вечеру что-то явно стало меняться. Словно по ту сторону кто-то положил приманку гораздо ближе к выходу с той стороны прохода, чем она лежала раньше.
Мутанты не нападали друг на друга, а лезли в «коридор» между аномалиями, где их вскоре кто-то начал методично истреблять. Судя по количеству расходуемых патронов, оборону с той стороны держал взвод солдат или квад «Долга».
— Вот как все перебьют друг друга, тогда наступит и наша очередь, — важно говорил Карась, развалившись у костра.
Только ближе к полуночи, когда темнота уже несколько часов властвовала над лесом, стрельба начала стихать.
— Вот теперь можно идти, — сказал Карась, прислушиваясь ко беспорядочным выстрелам.
— Куда идти? — не понял здоровенный детина, сидящий напротив. — Ночь же! Не видно ничего!
— Вот и хорошо, что ночь. А куда идти — покажет новый проводник и ваши новенькие ПНВ, на которые столько денег угрохано!
На другой стороне от прохода догорало дерево. В неровном свете этой огромной свечи, кровавая каша в проходе между аномалиями производила жуткое впечатление даже на повидавших многое бойцов.
Тем не менее, отряд Карася достаточно легко перебрался на другую сторону, и оказался прямо в центре настоящего поля боя. Нагромождение трупов мутантов самых разных видов и мастей не оставляло сомнений, что это работа квада «Долга». Подтверждение обнаружилось на удивление быстро: три «долговца» лежали наполовину погребенные под телами уничтоженных ими зверей, словно старались навалить на себя погребальный курган из трупов, а четвертый, едва сумел подняться на ноги.
Увиденное потрясло людей Карася, но старая ненависть к «Долгу» оказалась сильнее даже этого чувства.
— Давай сразу прирежем засранца.
— Зачем же сразу, можно еще кишочки туда-сюда поразматывать.
— Осторожно, у него может быть оружие!
Даже теперь, когда обессилевший снайпер «Долга» едва держался на ногах, они боялись его. И ждали приказа Карася.
Палёный в ужасе осмотрелся по сторонам, затем с недоумением уставился на окружающих его людей.
