Играть с другими детьми ее родители не пускали — не ровня они тебе, им навоз весь век толочь, а ты за Принца замуж выйдешь, привыкай к царской жизни! Так и сидела девочка, а потом уже и девушка целыми днями в лени и неге, ничего не делала, только красоту свою лелеяла, да мечтала, как Принц ее под венец поведет. На родителей покрикивала — не хочу шелковое платье, подавай парчовое! Бланманже надоело, принеси птичье молоко! И не замечала, что отец с матерью ходят в домотканой одежде и едят одну картошку, а если бы и заметила, это ее не задело бы.
Сами родители все время подчеркивали, что она не обычная, что у нее должно быть все лучшее, в общем, вырастили дочку."
"И вот настал день, когда проезжал через деревню Принц, да захотел воды испить, свернул к колодцу. Видит, стоит у колодца красавица — очи синие, губы коралловые, волосы, как лен, лента алая атласная, сарафан на ней парчовый, черевички сафьяновые — глаз не оторвать! Обратился к девушке Принц:
— Красавица, подай, пожалуйста, мне воды напиться!
— Вот еще, — возмутилась девушка.
— Буду я свои ручки трудить! Надо тебе — сам нальешь, а я тебе не девка-чернавка!
И гордо подбоченилась.
Посмотрел Принц на девушку и удивился — куда все очарование делось? Да, красивая и нарядная, но глаза злые, губы кривятся, голос противный, визгливый — как ему могла такая понравится?
А тут и жажда пропала, и Принц развернул коня и уехал восвояси».
— Дааа! Хорошая сказка, спасибо, порадовал. И глянь, впереди девушка идет, не твоя ли сестрица? — сказал Якоб.
— Она, Розетта! Вот спасибо Вам, быстро догнали! — обрадовалась Габриэлла. — Розетта! Постой!
Девушка оглянулась, увидела машущую ей из подъезжающей повозки миледи в образе мальчика и просияла:
— Братик! Я уже переживала, что ты меня не догонишь!
— И не догнал бы, — добродушно пробурчал Якоб. — Он у тебя, вон, ноги до мяса сбил, к целителю надо, а то воспалится, можно вообще без ног остаться.
— Спасибо Вам, что подвезли! — поклонилась Розетта вознице в пояс. — В Ризане найду целителя, только добраться бы туда сегодня.
— Довезу, сам туда еду. Ты узлы-то свои кидай в повозку, да прыгай к Риэллу. Лошадь у меня крепкая, к вечеру будем в Ризане.
Тревожный день, бессонная ночь, ночной пеший переход доконали девушку, и Габриэлла незаметно для себя заснула, убаюканная мерным покачиванием повозки.
— Все, спекся мальчишка, — улыбнулся в усы Якоб. — В Ризане к кому-то идете или сами по себе?
— Сами по себе, — ответила Розетта.
