Правда, если ограничивать себя в алкоголе, продажных девках и азартных играх. То есть в том, в чем Эйдан не знал границ."
"Расходная книга за последние годы пестрила куда большим количеством записей. Чудо, что Бриверивз, при всей своей безалаберности, продолжал вести и ту и другую, скрупулезно внося в нужные графы суммы и даже не ленясь расписывать уточнения по тому или иному платежу в колонке «Для заметок».
Амелия видела эти книги лишь однажды, вскоре после возвращения мужа с войны. Когда, запутавшись в расчетах и в своих долгах, Эйдан рвал и метал, жалуясь, что придется нанимать специалиста, который поможет ему разобраться с цифрами.
Мэл вызвалась помочь и правда разобралась со всем довольно быстро (управляющий отцовским поместьем не зря давал ей уроки финансовой грамотности). Однако первоначальная радость мужа сменилась подозрительностью, и с тех самых пор на двери кабинета появился щит от проникновения посторонних.
Амелия пролистывала страницу за страницей, скользя взглядом по графам и делая пометки на специально приготовленном листке бумаги.
Цифры не радовали. Все оказалось гораздо хуже, чем Мэл предполагала — Эйдан оставил ее не просто ни с чем, а в глубокой долговой яме.
В одном из ящиков нашлась целая гора смятых и перемешанных между собой документов: закладные, долговые расписки, справки о закрытии счетов в банке, договоры о продаже земель и прочего имущества.
Эйдан спустил все: ветеранские деньги, наследство, полученное им от отца, наследство, оставленное ей. Отец Амелии скончался всего полгода назад, но муж умудрился пропить и проиграть огромную империю Овечьего короля за какие-то несколько месяцев.
Распродал земли по частям, отписал пастбища кредиторам как земли под застройку, передал овец на скотобойню, купившую их по цене заметно ниже рыночной, зато готовой платить быстро и всю сумму сразу.
Оставив стол, Мэл произвела осмотр остального кабинета. В тайнике за картиной обнаружился полупустой мешочек с золотом и чуть пухлее — с серебром.
Она высыпала монеты на стол и внимательно пересчитала — хватит, чтобы расплатиться с прислугой.
А воспользоваться их услугами ещё хотя бы на месяц — нет. Обеспечить себя пропитанием? Амелия прищурилась, прикидывая: если не шиковать, то, возможно, на пару недель.
Вопрос состоял уже не в том, где раздобыть средства для оплаты долгов, а как не умереть с голоду.
Мэл не боялась остаться без слуг, как не страшилась и трудиться, чтобы заработать на пропитание и хотя бы на частичную уплату долгов.
