Он был достаточно большим для Дэмиена с его высоким ростом, так что он мог свободно войти внутрь, не кидая нервные взгляды наверх во избежание препятствий. Холщовые стены шатра были задрапированы тканью насыщенного голубого и кремового цвета, прошитой золотыми нитями, а высоко над его головой потолок нависал складками саржевого шелка.
Лорен сидел в приемной зоне, которая была оборудована для посетителей стульями и столом, как в военной палатке. Он разговаривал с одним из смотревшихся потрепанным слуг о вооружении.
За исключением того, что он почти не говорил, больше слушал. Он махнул Дэмиену подождать внутри.
Шатер был согрет жаровнями и освещен свечами. На переднем плане Лорен продолжал разговаривать со слугой. Дальше, в конце шатра, находилось спальное место: разбросанные подушки, шелка и застеленный матрас. И, категорично отделенный, его собственный тюфяк для раба.
Слуга был отпущен, и Лорен поднялся. Дэмиен вернул взгляд со спального места на Принца и почувствовал растянувшееся молчание, пока Лорен смотрел на него холодными голубыми глазами.
— Ну? Прислуживай мне. — Сказал Лорен.
— Прислуживать, — повторил Дэмиен.
Слово дошло до его сознания. Он почувствовал себя так, как чувствовал на тренировочной арене, когда не хотел проходить рядом с крестом.
— Ты забыл как? — Спросил Лорен.
Дэмиен ответил:
— Последний раз это закончилось неприятно.
— В таком случае, полагаю, ты будешь вести себя лучше.
Лорен спокойно повернулся спиной к Дэмиену и стал ждать. Шнуровка парчовой верхней одежды Лорена начиналась от верха шеи и тянулась вдоль спины.
Было нелепо… бояться этого. Дэмиен шагнул вперед.
Чтобы начать расшнуровывать одежду, пришлось поднять пальцы и аккуратно отвести в сторону кончики золотистых волос, мягких, как лисья шерсть. Когда он сделал это, Лорен чуть наклонил голову вперед, облегчая доступ к шнуровке.
Это были обычные обязанности личного слуги: одевать и раздевать своего хозяина. Лорен принимал услуги с полным безразличием того, кто уже давно привык к обслуживанию.
Края парчи разошлись, открывая белую нижнюю рубашку, прижатую к теплой коже тяжелой верхней одеждой и броней сверху. Кожа Лорена и рубашка были одного и того же нежного оттенка белого. Дэмиен потянул верхнюю одежду с плеч Лорена и на мгновение почувствовал под своими руками жесткое, тяжелое напряжение в спине Лорена.
— Достаточно, — сказал Лорен, отступая и скидывая верхнюю одежду самостоятельно. — Иди и сядь за стол.
