Он дотронулся до Лорена там, и это было похоже на горячий шелк.
Лорен рывком приподнялся, его веста и рубашка сползли по плечам до локтей и удерживали руки полусвязанными за спиной.
— Я не собираюсь отвечать тем же.
Дэмиен поднял глаза:
— Что?
Лорен ответил:
— Я не собираюсь делать то же для тебя.
— И?
— Ты хочешь, чтобы я отсосал тебе? Потому что я не собираюсь. Если ты делаешь это, ожидая, что я сделаю то же для тебя, то лучше предупредить тебя заранее, что…
Это было слишком сложно для игр в постели.
Дэмиен слушал, удовлетворенный тем, что во всем этом монологе не было настоящего отказа, и затем просто применил свой рот.
Несмотря на всю видимую опытность, Лорен среагировал на это удовольствие, как невинный. Он издал мягкий вздох изумления, и все ощущения его тела окружили то место, которому Дэмиен оказывал внимание.
Дэмиен удерживал Лорена на месте, положив руки ему на бедра, и позволил себе получать удовольствие от едва заметных, беспомощных движений и толчков Лорена, от степени его изумления и жесткого подавления ответных реакций, которое шло следом, пока Лорен пытался успокоить дыхание.
Дэмиен хотел этого. Он хотел каждый подавленный ответ. Он чувствовал собственное полузабытое возбуждение, трущееся о простыни. Дэмиен поднялся к головке и подразнил ее языком, удовлетворенный впечатлениями, которые он растягивал, посасывая, прежде чем взять в рот целиком.
Лорен оказался самым сдержанным любовником, которого Дэмиен когда-либо брал в постель.
Мечущиеся головы, крики, естественные открытые стоны предыдущих любовников в Лорене были пробегающим трепетом или едва заметно сбившимся дыханием. И все же, Дэмиен чувствовал, что он вызывает эти ответные реакции, чувствовал напряжение живота Лорена, легкую дрожь его бедер. Дэмиен чувствовал ритм, с которым реакции Лорена сменялись подавлением в тот момент, когда ощущения накапливались, очерчивая контуры его тела.
И почувствовал, как Лорен замер. Подходя к пику, тело Лорена замкнулось, все реакции были усмирены.
Подняв глаза, Дэмиен увидел, что Лорен лежал среди простыней с руками, сжатыми в кулаки, его глаза были закрыты, голова повернута на бок. Лорен, находясь на хрупкой грани наслаждения, сдерживал оргазм железным усилием своей невероятной воли.
Дэмиен отодвинулся, приподнялся, чтобы заглянуть в лицо Лорену. Его собственное тело, полностью заведенное, занимало едва ли четверть его внимания, когда глаза Лорена открылись.
