Слуги зашнуровали на нем весту; к тому времени они уже убрали комнату, шаг за шагом собрали разбросанные прошлой ночью вещи и сапоги — скомканную рубашку, верхнюю одежду с запутавшейся шнуровкой; поменяли постельное белье.
* * *Чтобы снять ошейник, требовался кузнец.
Им был мужчина по имени Гёран с прямыми и прилизанными темными волосами, жидко покрывающими голову. Он пришел к Дэмиену в небольшую пристройку во дворе, и все было сделано без лишних наблюдателей и церемоний.
Это было грязное помещение с каменной скамьей и разбросанными инструментами, принесенными из кузницы.
Дэмиен оглядел маленькую комнатку и сказал себе, что ничего не упущено. Если бы он ушел тайно, как планировал, то все было бы сделано именно так: незаметно, кузнецом по ту сторону границы.
Сперва был вскрыт ошейник, и когда Гёран снял его с шеи Дэмиена, Дэмиен ощутил его отсутствие, как легкость — выпрямилась спина, расправились плечи.
Как ложь, треснувшая и свалившаяся с него.
Дэмиен посмотрел на поблескивающий полукруг золота, который Гёран положил на скамью.
Виирийские оковы. В изгибе их металла находились все унижения во время его пребывания в этой стране, вся ярость в его Виирийском заключении, вся низость служения Акиэлоссца Виирийскому хозяину.
За исключением того, что это Кастор надел на него ошейник, а Лорен освобождал его.
Ошейник был сделан из Акиэлосского золота. Он притягивал Дэмиена, и Дэмиен дотронулся до него. Он был все еще теплым после его шеи, словно был частью самого Дэмиена.
Дэмиен не понимал, почему это расстраивает его. Он погладил пальцами поверхность металла, прошелся по следу, глубокому порезу, где Лорд Туар пытался вонзить свой меч в его шею, но вместо этого попал по золоту."
"Дэмиен отодвинулся и протянул Гёрану правое запястье. Ошейник с замком был несложной работой для кузнеца, но браслеты нужно было открывать с помощью молотка и долота.
Он пришел в этот форт рабом. Он покинет его Дамианисом из Акиэлоса. Это было словно сбросить кожу, открывая то, что скрыто под ней.
Первый браслет раскололся под ритмичными ударами Гёрана, и Дэмиен столкнулся со своей новой сущностью. Он не был упрямым принцем, каким был в Акиэлосе. Человек, каким он был в Акиэлосе, никогда не стал бы служить Виирийскому хозяину или сражаться ради Виирийцев на их стороне.
Он никогда бы не узнал Лорена по-настоящему; никогда бы не вручил ему свою преданность и ни мгновения не держал бы доверие Лорена в своих руках.
