Сестрица моя, Наташка… Вот уж пример! От мужа ушла – «не хочу больше терпеть». Как я ее уговаривала! Семья – главное, основа всего. Дочь у тебя, пораскинь мозгами! Квартира какая! На Пречистенке! Набита, как шкатулка, добром. Родители мужа – известные люди, архитекторы.
Когда Наташка собралась от него уходить – смеялась: «Да я еще сто раз замуж выйду! Не беспокойся!»
И что, вышла? Есть какой-то мужичок на работе. Женатый. И что? Праздники – с семьей, в отпуск – с семьей. А к ней – украдкой, на пару часов.
Обнимает и на часы смотрит. А Наташка, между прочим, настоящая красотка! Глаз не оторвать! Хотя при чем здесь красота? Чтобы семью сохранить, нужны мозги! Мозги и терпение – вот основа всего.
Да, он поддавал! Ну и что? Мог поскандалить. Но ведь не бил! Добро из дома не выносил.
Нет, и все! Как рогом уперлась! И никакие уговоры не помогли! Надоело, говорит! Скандалы и пьянки. Обрыдло! И дочка растет в этом кошмаре… Что будет с Машиной психикой?
Что будет с психикой? А то, что дочке нечего жрать? А то, что сидит с чужой и дремучей бабкой? А то, что кроссовки ее по десятому разу латает? Это как? Хорошо?
Зато, говорит, спокойно.
«Сплю по ночам, а не жду, когда вломится в спальню и скандалить начнет. Да еще и пьяный полезет. Тебе хорошо! Твой муж ни разу пьяным в дом не пришел! И ты меня не суди, поняла?»
Ну и черт с тобой! Бейся, как рыба об лед! Да, мне хорошо! Мой муж до скотского состояния ни разу не напивался. Зарплату всю отдавал, это так.
Ни разу меня не оскорбил и не обозвал, все правильно.
А то, как мне хорошо…
Никто не узнает. Никто!
ОНЯ скучаю. Я очень скучаю по ней! Даже сам от себя такого не ожидал! Влюбился… Конечно, влюбился! Отрицать это смешно! Честно говоря, думал, что это уже нереально. После того, через что пришлось мне пройти. После развода – два года лечился. У кого? Да и так понятно. У того самого. Эндогенная депрессия – ни больше ни меньше. Такая гадкая штука, надо сказать.
Еле вылез, ей-богу! Еле спасся, еле ноги унес. Накрыло конкретно! Лежал на диване и думал. Времени было навалом! С работы тогда уволился – кто бы стал меня терпеть такого? Я и сам терпел себя с огромным трудом.
Лежал и думал: жизнь, в сущности, мерзкая вещь. Предательство самого близкого человека… Есть что-то страшнее? Решил тогда: если выскочу – больше никогда и ни за что! Никогда не поверю, никогда не открою душу. Звучит по-девичьи… да.
