Подскакивает верная Надин и в довесок к необычному платью протягивает невесте букет ликорисов. Дивные это цветы, красные и белые одновременно. Таращатся на мир странными лепестками. С виду нездешние, будто где-то в заоблачном лесу собранные. Неведомо как, отец расстарался, чтоб доставили букет цветов, которые так любит его маленькая кагани. Прознал про странный невестин обычай в Миргороде, решил и тут в грязь лицом не ударить."
"Открываются резные двери и делают новобрачные первый шаг. Слаженно выдыхает вся трапезная, от Дивляны, до последнего служки.
Ибо такой красы им еще видать не приходилось. Мужи знатные остолбенело таращатся на красоту нежную, от которой дыхание замирает. Да только боязно становится смотреть, больно строго смотрят фиалковые глаза. А уж синие так и вовсе – вот-вот под лавку загонят. Ревнив оказался князь наш, тот, что ранее ни одного сарафана не пропускал. Нет уж, лучше в пол глаза опустить и попытаться представить – сколько может стоит платье невестино.
Сокровищница на ней цельная, не иначе! Камни-то одни баснословной красоты, эвон какая огранка. Аж ежели посчитать с золотом, что на голове да в ожерелье… Даже подумать страшно. Каждый из миргородцев косился на свою сродственницу и понимал, что она, по сравнению с молодой княгиней – едва ль не нищенка. И по глазам женщин становилось понятно – не будет им сна и покоя, пока себе что-то не прикупят. Такое, как «княгинино».
Женщины и девки миргородские из самых знатных семей так и вовсе рты пораскрывали, будто деревенские, что первый раз в город попали.
Шепоток восхищенный, а кое-где и завистливый бежал по столам.
- Матушка Макошь, это что ж за каменья!
- Никак сокровищница цельная! Сияет как!
- А глаза-то какие у ней… Будто Леля сама…
- Мне бы такое монисто на шейку!
- Ох, не зря князь столько лет не женился. Экую красу дождался.
- Как же ж дивно переливается платье-то. Словно не человечьими руками вышито.
- О-хо-хонюшки, как узоры-то запомнить?!
Под тихие восклицания гостей проходит пара и поднимается к почетному столу.
Сегодня они – главные гости, оттого центральные места им выделены. Усаживает князь свою горлицу и токмо потом садится сам. Затихает трапезная, десятки глаза смотрят на своего правителя.
- Другие мои! – поднимает Велеслав кубок. - Сегодня счастливейший день в жизни моей. Наконец встретил я суженную свою, свою любимую. И сегодня краса эта стала моей женой и княгиней вашей.
