– Мне бы ваши возможности и ваши денежки, – восклицал Гена, – на меня бы такие профессионалы работали, что блоха носа не подточит!
Олег Петрович моментально представлял себе Гену в окружении профессионалов, почему-то исключительно в темных очках и спецагентовских костюмах, и еще представлял блоху, которая не может подточить свой нос, и они кое-как договаривались, что, покамест Олег Петрович начальник, а Гена водитель, никаких профессионалов в свою жизнь они привлекать не будут. Обойдутся как-нибудь.
И вот как только Олег разместился сам, пристроил на свободный стул икону, и Викторию усадил, и меню попросил, у него зазвонил телефон.
Полдня не звонил, а тут вдруг на тебе!..
– Простите великодушно, – сказал Олег, решив придерживаться выбранного тона до конца, вытащил трубку, посмотрел и удивился. Звонил Василий Дмитриевич, с которым они десять минут назад насилу расстались.
– Что такое у вас случилось, дорогой вы мой Василий Дмитриевич?
– Может, мой стул нашелся? – не глядя на Олега, спросила Виктория, положила ногу на ногу, достала из крохотной сумочки серебряный портсигар, щелкнула блеснувшей на солнце крышечкой и достала тонкую коричневую пахитоску.
Олег оценил и портсигар, и пахитоску.
В трубке молчали, и он повторил удивленно:
– Алло? Что вы там сопите?..
– Может, заедете, Олег Петрович? – вдруг умоляюще сказал старик прямо ему в ухо. – Мне бы… потолковать с вами.
– Да я только от вас! За угол зашел!
– Очень нужно, – почти простонал Василий Дмитриевич. – На пять минут, клянусь честью моего покойного отца, а он был кристальный человек! Просто кристальный!
Олег Петрович даже растерялся немного.
"
"– Я верю в кристальную честность вашего покойного батюшки, но, может быть… до завтра, Василий Дмитриевич? У меня сегодня еще встреча, да и сейчас я не один, если вы помните!..
– Blцdsinn! Чепуха! Она и без вас обойдется, ваша барышня!
– Позвольте, но вы сами просили меня…
– Да, да, просил, ну и что?! Все изменилось! Если вы не приедете, Олег Петрович, я погиб, пропал, уничтожен!
– Хорошо, – сказал Олег довольно холодно.
Театральные представления, которые время от времени устраивал Василий Дмитриевич, не доставляли ему удовольствия. – Только не раньше чем через час и не больше чем на три минуты.
– Отлично, – деловым тоном резюмировал старик и пропал из трубки.
– Ну что? Моего стула у него как не было, так и нет?
– Нет, – сказал Олег Петрович, раздумывая над тем, что именно могло понадобиться антиквару, да еще так срочно.
