— Меня зовут Иббиттс, мадам, — произнес он грудным голосом. — Прошу извинить за неудобства, которые вы, возможно, испытали. Если вы последуете за мной, я объявлю о Вашем приходе.
Какой-то крохотный предупреждающий звоночек прозвенел в ее мозгу. Он не сказал ничего плохого, но Элеонора была убеждена, что в его словах таилось тщательно скрытое презрение. Возможно, это ей просто показалось.
— Спасибо, Иббиттс.
Она протянула ему свою шляпку. Он повернулся, чтобы положить ее на пыльную мраморную столешницу.
— Не беспокойтесь, — быстро произнесла она и выхватила шляпку, прежде чем он успел положить ее на пыльный стол.
— Позаботьтесь о моем чемодане. Я не хочу, чтобы он оставался на улице.
— Я сомневаюсь, мадам, что кто-нибудь может украсть ваши вещи. — Иббиттс не мог бы выразиться яснее, если бы захотел откровенно ей сказать, что в ее чемодане нет ничего ценного.
Она не потерпит больше его вежливых сарказмов.
— Пошлите лакея за чемоданом, Иббиттс.
Иббиттс недоуменно заморгал, как будто не ожидал подобной реакции.
— Любой вор, у которого есть хоть капля здравого смысла, не будет воровать в этом доме.
— Это меня успокаивает, Иббиттс. Боюсь, что многие из них лишены здравого смысла.
Лицо Иббиттса вытянулось. Не сказав больше ни слова, он дернул за бархатный шнур.
Появился высокий, худой, долговязый юноша лет восемнадцати-девятнадцати. У него были рыжие волосы и голубые глаза. Бледная кожа усыпана веснушками. Выглядел он каким-то нервным и запуганным.
— Нед, возьми чемодан мисс Лодж и отнеси его в спальню, которую Салли приготовила утром.
— Да, мистер Иббиттс. — Нед бросился к входной двери.
Иббиттс повернулся к Элеоноре. Он не сказал вслух: «Ну что, теперь вы довольны?» Но она была уверена, что он хотел это сказать.
Вместо этого он сказал:
— Пойдемте, пожалуйста, со мной. Его сиятельство не любит, когда его заставляют ждать.
Не ожидая ответа, Иббиттс направился в тускло освещенный зал, расположенный в глубине большого дома.
Они прошли коридор, и он впустил ее в продолговатую комнату, обитую тяжелыми темными панелями.
Она с облегчением увидела, что бархатные коричневые шторы были затянуты шнуром и из окон открывался вид на запущенный промокший сад.
Пол библиотеки покрывал темный ковер, который давно нуждался в чистке, все предметы мебели демонстрировали стиль, вышедший из моды лет десять назад. Высокий потолок был расписан под сумеречное небо. Книжные полки занимали почти все стены. Переплеты книг выглядели ветхими и пыльными.
