Наверное, не стоило об этом забывать. Но сейчас ни о чем помнить не выходило.
— Как тебе помочь, Леся? — голос Гончаренко вдруг тоже стал ниже и глуше, будто он, услышав ее хрип, испытал настоящую тревогу.
Тяжело было говорить. Она же его не знала, чтобы понимать настолько, даже глаз не видя. А все равно… странные догадки в голову лезли.
— Зачем мне помогать? — хмыкнула, отчаянно стараясь придать себе невозмутимость и вроде пытаясь понять, откуда он знает?
— Мирослава… Ее информаторы в полиции скинули новость, — только когда он тихо ответил, поняла, что всю фразу вслух выдохнула, а не подумала, как считала.
Мирослава Ульяненко.
Известная журналистка, специализирующаяся на политических расследованиях. Она немало нервы ее отцу потрепала. И тот ее… не любил. Настолько, что дал заказ на убийство, а киллер пошел на сделку со службой безопасности, испугавшись влияния того, кто успел стать мужем Ульяненко… Ах, нет, уже Гончаренко.
Ее муж — брат Николая."
"И про спецоперацию СБУ неделю рассказывали на каждом канале, Леся и сейчас об этом помнила.
Так для чего Николаю помогать ей, Авраменко/Мартыновой, неважно?
— Леся, как тебе помочь, чем? — в мужском голосе появились нотки напора. Будто он понял ее сомнения, и пытался даже намек на те подавить.
И так остро вдруг захотелось вновь в его руках оказаться! Хоть бы так, как вчера.
Спрятаться в его теплых объятиях, уткнуться лицом в рубашку, ощущая себя окруженной со всех сторон силой и поддержкой этого мужчины, как довелось однажды!
Предательское желание, глупое… Но насколько же сильно ее проняло! Задохнулась от того, что жизненной потребностью в эту секунду показалось!
Вот только…
— А зачем тебе помогать мне? — видимо, была настолько выбита из колеи, что вообще не таилась. Просто спросила то, что в голове крутилось.
— Разве у тебя есть повод обо мне беспокоиться после всего, что мой отец вам устроил? Мы теперь оба знаем, кто есть кто, так ведь, Николай… — попыталась хоть каплю ехидства выдавить из себя.
— Ты — моя, вот, что я точно знаю и что значение имеет, Леся… И колючки свои не доставай, не надо, мой ежик. Я тебя точно с твоим отцом не ассоциирую. И помню все, что ты тогда, при первой встрече говорила.
