Либо главный здесь человек уехал по делам, либо же он умер сам, либо с чьей-то помощью — от подобных подопечных вполне можно ожидать удара ножом в спину. Ибо в тебе они видят лишь помеху на пути к сладостному забытью… Но у командира должен быть помощник, столь же трезвый, как и он. И помощник и охранник в одном лице — я бы здесь в одиночку находиться побоялся, ибо во сне человек беззащитен. Раз обоих нет… ладно, вернусь к обдумыванию чуть позже. Что известно еще?
Когда мы явились незваными гостями, гномы сидели в клетках — я бросил взгляд в центр гигантского колодца, на выходящих и выползающих коротышек, опутанных звенящими цепями.
Это привычно, разумеется, держать рабов в клетках, но только ночью. Днем раб должен работать! Это главный принцип любого рабовладельца или хозяина каторги. Раб должен приносить прибыль. Ни к чему кормить бесполезного невольника. И раз все гномы к нашему приходу в не самое позднее время сидели в клетках, да добавить к этому отсутствие командира, то напрашивается простой вывод — работы по вырубанию громадных гранитных блоков были остановлены.
Далее…
Слишком мало стражи.
Нет командира.
Работы остановлены. Рабы загнаны в клетки и заперты.
Распорядок дня нарушен. Оставшиеся охранники превратились в пьяных животных и ведут скотский образ жизни. Раз они так грязны — то тут прошло не меньше недели с начала всеобщего загула.
Не знаю точно, как давно замолкли инструменты, но все одно напрашивается простой вывод — командир с парой-другой десятков самых крепких и надежных воинов отбыл прочь по той или иной причине, перед этим отдав приказ прекратить работы.
И без его присутствия все покатилось вниз, как объятый пламенем бочонок по крутому склону горы.
И если так, то самый главный вопрос, беспокоящий мой разум, звучит следующим образом: если командир и часть воинов на самом деле убыли, то когда ждать их возвращения?
Я не жажду увидеть, как из темного прохода полетят жалящие стрелы, убивающие моих людей.
Надо срочно выяснить это дело, но как на грех с собеседниками дело обстоит не очень.
Два уцелевших пленника больше смахивают на полуживые трупы, истекающие кровью и не убирающие с грязных лиц блаженных улыбок. Проверю-ка я их… пусть или сдохнут, или ответят на мои вопросы…
Сам того не ожидая, подоспел я вовремя — к самому многообещающему пленнику с не задетой головой устремился один из выпущенных гномов-рабов, замахиваясь тяжелой ржавой цепью, тянущейся от его рук.
