Автор
На снимке — белокурая девочка с бантами на голове держит потрепанный плюшевый медведь, глаза ее сверкают восхищением. Платье цвета розы украшено нежными кружочками, как воздушное безе. Этот очаровательный уголок детства наполняет атмосферой любви и нежности, словно привязывает взгляд читателя в мир бесконечных возможностей и чувственных ощущений....
Когда Ваня добрался до моих губ, я, не выдержав, сорвала с глаз повязку и обняла его за шею. Так это странно и приятно – неспешно целоваться, зависнув над вечерним городом.
Оторвавшись от поцелуев, осмотрелась. Кабина неслышно гудела и еле плелась, но мне в ту минуту показалось, что все вокруг закружилось вихрем цветных лампочек.
– Смотри, что я принесла! – вспомнив, полезла я в карман пиджака.
– Что там? – заинтересовался Ваня, улыбаясь.
Увидев, что я выудила из кармана, парень рассмеялся:
– Не много ли на сегодня сладостей?
– Не дождешься, не слипнется.
Распечатав упаковку коричневого M&M’s, я положила голову парню на плечо и мы принялись рассматривать огни города с высоты птичьего полета.
– Вон там мой дом! – указала я пальцем. – А вот этот кленовый парк видишь? Темно-зеленый островок… Мы с папой ходили в него играть в футбол каждые выходные. Там есть отличное поле. Мне нравилось пинать мяч, а мама говорила, что это занятие совсем не для девчонок.
– А я несколько лет ходил на бальные танцы, – признался Ваня.
– Серьезно? – хихикнула я.
– Ну да. Мама в первом классе отвела. Очень ей хотелось, чтобы я танцевал… У меня даже есть юношеский разряд. Для отца это было трагедией. Он хотел вырастить из меня генерала, а не звезду на паркете.
Я притворно вздохнула:
– Судьба над нами посмеялась… Слушай, а ты когда-нибудь сплавлялся по реке? На байдарках. Мы можем после сессии отправиться к моему отцу, там такая красота! Неделю будем спать в палатках.
Предложила поехать со мной и замолчала. Не слишком ли я тороплю события?
– А после посетим Майорку? – спросил Ваня, дожевывая M amp;M’s. – В тот раз ты меня ею заинтриговала.
Я только широко улыбнулась.
– Ты веришь в родство душ? – спросила я, потершись щекой о Ванино плечо.
