В атаку тебе ходить не придется, — успокаивающе сказал майор, но Олегу этого не требовалось, и Нартов поморщился."
"Олег написал рапорт и отдал его Сереброву. Майор ушел, и Олег снова прикрыл глаза. Он даже умудрился немного поспать, как в кабинет вошел Лунин.
— Разлагаешься?
— А что делать? — отозвался Олег.
— Пиво пить.
С этими словами Дима вытащил из-за отворота бушлата еще две бутылки пива. Олег взял в руки холодную бутылку и открыл зубами крышку.
— Спасибо, — поблагодарил Лунина Олег.
Дима выпил пиво и привалился на соседнем стуле.
Через пару минут он уже храпел. Олег походил по кабинету, попытался найти дыру, из которой выскочила крыса, но потом снова сел на стул. До самого обеда он так и просидел на стуле.
* * *Вставать одной было непривычно. Света быстро приготовила завтрак и без аппетита поела. По дороге в госпиталь она поскользнулась, и чуть было не упала. Пока дошла до госпиталя, чуть не отморозила нос. В госпитале подруги что-то тараторили по поводу резкого разворота событий очередной телевизионной мыльной оперы, что Свете было в принципе не интересно.
До обеда она приняла двух разведчиков с вывихами и ушибами. Это были результаты казарменной разборки, и бойцов сопровождал особист бригады. Бойцы не проронили ни одного лишнего слова и молчали, когда Света поинтересовалась, кто их так избил.
— Не хотите говорить — и не надо, — выдохнула она.
После обеда она устроила обход больных, а потом, проинструктировав дежурную медсестру, ушла домой. Дома было непривычно одиноко и тоскливо.
Света включила телевизор и с нетерпением стала ожидать «Новости», которые до этого никогда так не ждала. Вчера мельком показали госпиталь в Моздоке, и Света немного успокоилась, увидев, что там действительно нет войны. По крайней мере, так виделось по телевизору. Начались «Новости», и Света сделала телевизор чуть громче:
— Сорвана попытка боевиков вырваться из Грозного… — вещал диктор, — уничтожено до двухсот боевиков, со стороны федеральных сил один человек убит и двое получили ранения…
Света покачала головой.
Она не была специалистом проведения боевых операций, но вполне понимала, что такого соотношения потерь на войне быть не может.
— Ну ведь врете! — вырвалось у нее.
Зазвонил телефон, и Света, с замиранием сердца, кинулась снимать трубку.
— Слушаю!
— Это Лариса? — раздался в трубке чей-то противный голос.
— Вы ошиблись, — упавшим голосом ответила Света и положила трубку.
Прежде чем лечь спать, Света просидела возле телефона три часа.
