Было странно тихо. Я бы подумал, что Нина уже танцует на столах. Маттео вопросительно посмотрел на меня.
— Нина? — позвал я.
Нет ответа. Мы вытащили оружие и медленно пошли наверх.
— Где охрана? — пробормотал Маттео.
Именно об этом я и спрашивал себя. Нина все еще могла быть целью возможных нападений, если только она не была причастна к смерти отца.
Мы не нашли ее в спальне, когда из коридора донесся сдавленный смех. Мы с Маттео пошли на звук в сторону отцовской спальни и нашли Нину на полу среди разорванной одежды.
В одной руке она сжимала ножницы, а в другой почти пустую бутылку самого дорогого отцовского виски.
Ее тонкая ночная рубашка была забрызгана кровью из ран на руках и предплечьях. Должно быть, она порезалась в пьяном оцепенении, когда уничтожала отцовские костюмы и рубашки.
Она посмотрела на нас слезящимися, расфокусированными глазами.
— Он мертв?
— Он умер в агонии, — сказал я ей.
Нина откинула голову назад и издала еще один сдавленный смешок, который перешел в рыдание.
Она подняла руку с ножницами, чтобы убрать прядь волос со лба.
Я быстро схватил ее за запястье и вырвал ножницы из ее пальцев, прежде чем она случайно не потеряла глаз.
Она вцепилась в мою рубашку, когда я помог ей подняться.
— Что теперь со мной будет? — она запнулась.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я, пытаясь ослабить ее хватку, не сломав ей пальцы, но довольно быстро стало ясно, что она не может стоять самостоятельно.
— У меня нет ничего… ничего. Твой отец лишил меня наследства. Он не хотел, чтобы я была счастлива, когда он умрет.
Он не хотел, чтобы кто-то был счастлив. Маттео посмотрел на меня. Я подозревал, что отец найдет способ превратить жизнь Нины в ад даже после его смерти.
— Прими душ, Нина. — приказал я. — Мы поговорим, когда ты протрезвеешь.
Я провел ее в ванную, включил холодный душ и усадил под него. Она резко выдохнула.
— Мы будем ждать внизу. Поторопись. Нам нужно многое обсудить, — сказал я, затем повернулся и ушёл с Маттео.
Семья Нины состояла из невысоко стоящих солдат.
Отец выбрал ее именно по этой причине, потому что это гарантировало, что он сможет пытать ее без вмешательства влиятельной семьи. У Нины ничего не было.
— Что ты собираешься делать? Полагаю, ты больше не выдашь ее замуж?"
"— Нет, — тут же ответил я. — Позвони Чезаре и скажи, чтобы он прислал пару надежных людей в качестве новых охранников Нины. Я не хочу, чтобы вокруг нее были люди отца.
Мы направились на кухню, которая тоже была пуста.
