А себя Арсений теперь именовал «би-бо»: от итальянского «бимбо» — «малыш», потому что именно так ласково обращался к нему Лука. Вопреки опасениям Марка, тот не был женат и детей у него тоже не было, так что Лука оказался отличным кандидатом в зятья. И хотя ему пришлось улететь еще до дня рождения Арсюши, они с Мартой уже договорились, что та приедет к нему с малышом на все лето. Как только сделает Арсению загранпаспорт и визу.
Так что сначала улетел Лука, а потом — через пять дней — настала очередь Марка.
В аэропорт провожать его поехала только Рита. Рейс был ночью, и они едва уговорили Марту остаться дома, чтобы не таскать Арсения, дав ему нормально поспать.
— Как бы мне хотелось никуда не уезжать, солнце, но у меня работа, — с отчаянием проговорил Марк, когда его чемодан уехал на ленте, а девушка на стойке регистрации распечатала посадочный талон. — Я очень хочу остаться, но не могу. Никак не могу.
— Я понимаю, мой хороший, понимаю, — Рита гладила его спину, вдыхала ставший родным запах и очень старалась не плакать.
— Я прилечу в конце лета.
— Да, конечно, — Рита кивала и сама не понимала, верит она в это или нет. Несмотря на то, что Марк говорил об их отношениях как о чем-то само собой разумеющемся, никаких конкретных действий обговорено не было. И вполне возможно, что он просто забудет об их маленьком летнем приключении, когда снова окунется в свою американскую жизнь.
— Рита! — он встряхнул ее, как будто догадавшись, о чем она думает. — Я правда вернусь!
Рита слегка пожала плечами.
Она не видела смысла что-то сейчас говорить. А вот Марк явно считал иначе:
— Я вернусь, и мы поженимся.
— Что?!
— Я люблю тебя, — упрямо сказал Марк. — И ты, ты тоже любишь меня, я знаю. Я прилечу в августе, мы поженимся, а потом ты сделаешь визу и улетишь со мной, хорошо?
— Ничего себе, — ошарашенно пробормотала Рита, которой казалось, что она спит. Рихтер делает ей предложение? Так какого хрена он делает это в аэропорту, за десять минут до того, как ему надо идти на посадку?!
Но Марк на самом деле вытащил из кармана узкое колечко и надел его Рите на палец.
Несколько крохотных камешков сверкнули ослепительно ярко.
— Ты же согласна? — уточнил он.
— Согласна, — с секундной заминкой кивнула Рита, все еще пребывавшая в шоке, а потом неверяще рассмеялась. — Господи, ты ненормальный! Но как же я тебя люблю!
И вдруг она с ужасом поняла, что так и не поговорила с Марком на очень важную для них обоих тему.
