В длинной пещере он был не один: североамериканские и амазонские Наследники лежали на циновках – большинство спали, но некоторые уже проснулись. Он устало улыбнулся мальчику из Амазонки, который не разговаривал по-английски, и с невыразимой тоской невыспавшегося человека насилу поднялся."
"Только тогда он понял, что понятия не имеет, как вернуться в основную пещеру – центр Убежища. Утром он был слишком уставшим, чтобы запомнить путь сквозь туннели, а те редкие Наследники, что попались ему по дороге, то ли не поняли вопроса, то ли разыгрывали его, потому что указывали в разные стороны.
Раздосадованный и как никогда скучающий по Джему и его способности всегда находить дорогу, Саймон решил придерживаться туннелей и лестниц, ведущих вверх, пока наконец-то не вышел на свет просторной пещеры.
Тут же в нос ударил аромат мяса и специй, и в животе заурчало. Перед сном сил завтракать не было, но сейчас он чувствовал голод. Вдоль ближайшей стены стоял длинный деревянный стол, ещё утром заваленный картами, но сейчас на нём красовалось бесконечное множество блюд со всех уголков земного шара.
Большинство Наследников сбились в компании, переговариваясь за едой, и никто не заметил его появления. Разве что…
– Саймон!
Имя эхом отразилось от каменных стен, и Саймон, обернувшись, увидел бегущего к нему африканского мальчика, который лавировал среди Наследников и извинялся, чудом не задевая чужие миски.
– Тембо? – сказал Саймон за мгновение до того, как Тембо по-братски обнял его и легко похлопал по спине.
– Не знал, что ты здесь. Я тебя искал, но…
– Я был в патруле, – сказал Тембо. – Если бы знал, что ты прилетишь с ними, обязательно бы дождался. Мы думали, ты не придёшь.
– Я тоже, – признался Саймон. Он сам не ожидал, что бросит друзей и присоединится к Анониму, как одинокий волк, которым он никогда не был. Но в какой бы опасности он ни находился, главное, что с друзьями всё в порядке. И Саймон мог делать то, что должно, не беспокоясь за них.
Отстранившись, Тембо оглядел его с ног до головы и приподнял брови.
– Да ты ранен.
– Давно, – успокоил он, осторожно касаясь следов когтей на руке. – Ариана меня подлатала.
У Тембо загорелись глаза.
– Это же твоя подруга-паучиха? – спросил он и обернулся, будто ожидал увидеть её у себя за спиной. – Она с тобой?
– Нет, – ответил Саймон, и на плечи вдруг навалилась беспричинная тяжесть. – Они вернулись в Нью-Йорк с мамой и дядей.
– Жалко, – сказал Тембо. – Мне нравились твои друзья. Особенно Шарлотта.
