Фаргар – орк клана Катаган, отчаянный и бесстрашный воин, цель жизни которого месть людям, и Тайли – человек, дочь правителя Аранхарма. Участь ее – повиновение сначала отцу, а потом нелюбимому мужу. Правитель желает выдать дочь за будущего союзника, но все меняется, когда девушку накануне смотрин похищает заклятый враг. Только враг ли он?...
– Это что? – потыкал пальцем в хлеб.
– Хлеб, – и удивленно уставилась на дикаря. – Вы не знаете, что такое хлеб?
– Нет. Мы такое не есть.
– Попробуйте, вкусно, – позволила себе скромную улыбку.
А Ибар залез в свою суму, покопался там и достал горсть диких орехов.
– Дай руку, – подошел к Катине, отчего у бедняжки мороз побежал по спине, но руку дала, – это тебе, – всыпал в ладонь орехи. – Бэкда
– Бэкда?
– Обмен. У нас так положено.
– Спасибо, – еще шире улыбнулась, чем вконец очаровала охотника.
– Вот еще, – передал ей пузырек с порошком.
– Хорошо, сейчас заварю."
"Через пару минут питье было готово, Катина вдохнула аромат трав. Приятный. И хотела сделать глоток, как вдруг к ней подлетел Ибар и выбил кружку из рук. Девушка вскрикнула со страху.
– Ты что?! – отбежала от него в сторону.
– Отрава это, – процедил сквозь зубы. – Старая падаль.
И поспешил к воинам, что охраняли вход в дом.
– Гаром! – обратился к одному из стражей. – Скачи в лагерь немедленно! Отыщи Тунгура и снеси ему башку! Он пытался отравить жену бэр Фаргара.
– Габан! – и побежал к лошадям.
А Ибар вернулся к дверям в комнату Тайли. На сей раз осмелился войти без разрешения.
– Ты чего тут забыл? – сразу поднялся вожак.
– Выйди, разговор есть.
Когда же оба покинули спальню, охотник заговорил:
– Тунгур яд тебе всучил, а не лечебный порошок. В твоих рядах еще есть предатели, потому не верь никому. Я отправил в лагерь Гарома, чтобы нашел эту гниду.
– Хорошо, – произнес на выдохе, а взгляд наполнились злостью и отчаянием.
– Да, ей можно. Она с первого дня к Тайли прониклась. Магура и тебя, и меня приняла на свет. И отца с матерью твоих всегда уважала.
На что Фаргар кивнул.
Ибар же вернулся в кухню. Катина так и стояла, тряслась вся. Тогда орк подошел к ней, без спроса взял за талию и усадил девушку на край стола. Катина и слова против сказать не успела, а руки его горячие и такие большие вызвали странные ощущения в теле.
– Прости, Ката. Но если ты это выпить, загнуться, – потом подумал, подумал и добавил, – умереть.
– Да я уж поняла, – подняла на него взгляд. – Вы всегда такие?
– Какие?
– Бесцеремонные, – и не сдержалась, улыбнулась.
– Не знать, что это такое.
– Тайли надо отнести обед, – спрыгнула со стола.
А бока так и пылали от его грубоватого, но почему-то приятного прикосновения. До сего момента ни один мужчина ее так не трогал.
И побежало время.
