Из кухни доносится голоса, в основном мамин, не очень довольный. Она старается говорить вежливо, но старается плохо. Тихомирову вряд ли уютно, но он пока не сбежал. Злорадно усмехнувшись, сползаю с дивана.
Опускаюсь на ковер рядом с малышами. Сажусь в позу лотоса. Собираюсь фотографироваться с мелкими. Ловлю Борьку, усаживаю к себе на колено, а ему надо забрать динозавра у Вари. Обычно они дружно сосуществуют, но бывают моменты, когда они могут устроить слезливый бой за игрушки."
"Варюшу не стараюсь поймать в объектив.
Увидев, что мама спустилась к ним, она карабкается на меня. Снимок получается веселым, на моих губах счастливая улыбка. Варя стоит боком, с перекошенными маленькими хвостиками. Отправляю Ване и жду его реакцию. Уверена, что он, как и я, хранит все наши фотографии, но свежих у него в коллекции давно не было.
Много месяцев я ничего не посылала, а Ванька просил. Не связывалась с ним по видеосвязи. Сначала беременность скрывала, потом хотелось похудеть, чтобы он ни о чем не догадался, а после он перестал просить.
Пару месяцев назад я сама послала ему свое фото, и понеслось…
«Твой брат явно объедает сестренку», — в конце ржущий смайл.
Я начинаю смеяться. Мы с мамой шутим, что Варя – девочка-принцесса, которая с рождения на диете. Боря в папу, тот всегда любил хорошо поесть. Мы стараемся малышей рассадить по разные стороны стола. Борис съедает свою порцию, а потом добирается до вкусностей Вари. Пока она, медленно жуя, раздумывает, он уплетает все, что лежит в ее тарелке.
Мы переписываемся с Ванькой, все это время я не перестаю улыбаться. Ухожу в наше общение настолько, что перестаю прислушиваться к разговорам в кухне. Напрягаюсь и закрываюсь, когда ощущаю на себе тяжелый взгляд. Мне не нужно видеть, что в проеме стоит Глеб, я настолько хорошо научилась его чувствовать, что за два года разлуки ничего не изменилось. Не стерлось с подкорки мое притяжение к нему. Между нами даже воздух другой, более разряженный, тяжелый, но такой… от которого голова пьянеет и кружится.
Как же сложно мне было первое время без него, словно кислорода лишилась. Невкусно было жить, невкусной была еда, даже воздух, который проникал в легкие, был невкусным.
Позволяю Борьке сползти на ковер и забрать у Вари динозавра. Малышка заползает мне на руки.
Руки Тихомирова спрятаны в карманах. Он медленно проходит в гостиную. Останавливается надо мной. Пульс настолько учащается, что начинает подташнивать.
