Автор
До того, как их не стало... Ангелина нервно ходила по светлому холлу клиники, в ожидании мужа. Здесь отсутствовали очереди и комфортные кресла для беременных, но она отказывалась пить чай с мятой. Тимур опаздывал, и Ангелина чувствовала себя непривычно одиноко. Она наблюдалась уже со третьей беременностью в этом центре медицинской помощи....
Вроде бы ничего такого, но… Тимур запрокинул голову, и ее пальцы переместились на виски: он что-то шепнул, она ответила и… склонилась над ним, целуя в губы.
— Ох… — не сдержалась, среагировала, рот рукой закрыла: хотела задушить поднимавшийся из глубины дикий вой. Вот оно как…
Марьяна отскочила, испуганно глядя на дверь. Тимур вскинул голову и безошибочно нашел мои глаза. Впился, давил, прожигал.
— Я принесла ключи, — взвесила в руке связку. Здесь было все. — Извините, что разрушила интимную идиллию.
— Оставь нас, — бросил, не теряя со мной зрительного контакта.
Марьяна безошибочно поняла, к кому обращался. Я тоже. Она прошла мимо, отводя глаза в сторону. Неужели стыдно? Или боялась сцены ревности? Или что Олегу, ее мужу, расскажу? А может, прятала улыбку превосходства?
Мы с Тимуром остались вдвоем. Я заговорила первой:
— Это все из-за нее, да? Марьяна — истинная причина развода?
Тимур зло хохотнул, бросаясь в меня пылающими взглядами.
— В нашем разводе виновата ты, Ангелина. Только ты. А Марьяна… — задумчиво произнес ее имя, но не стал развивать тему.
Мой порыв поделиться болью, обнажить чувства и услышать его, теперь казался сущей глупостью. Ему это не нужно. Мне… Мне, наверное, тоже.
— Ключи, — бросила на кресло рядом. — Думаю, в одном городе нам будет тесно. Я уезжаю, — вздернула подбородок. — Надеюсь, это наша последняя встреча, Тимур Мантуров, — я отрезала его от себя. Меня всегда учили любить, тонко чувствовать, сострадать и быть милостивой.
Тимур с бешенством клацнул зубами и процедил:
— Я куплю тебе дом. Скажешь, где.
— Да подавись ты! — бросила презрительно. Никогда раньше не говорила так с мужем. Бывшим мужем. Это нужно запомнить. Хорошенько запомнить."
"Резко развернулась и вышла. Марьяна стояла, опершись спиной о стену. Возможно, все слышала. Ждала, не уходила.
— Я думала, мы подруги, — проговорила, останавливаясь прямо напротив нее.
— Я всегда любила Тимура. Не лезла, пока женат был. Сейчас все изменилось, Ангелина. Больше не уступлю его, — оттолкнулась от стены. — Я сумею выносить и родить здорового ребенка.
