— Блин, да эта квартира огромна! — удивляюсь я, ведь недвижимость в этом районе баснословно дорогая, тем более, что это новостройка.
— У нас нет проблем с деньгами, если ты забыла, — напоминает он, открывая дверь в пустую спальню с голубоватыми стенами. — А если бы ты подождала, как я просил, то осматривала бы сейчас уже полностью меблированную квартиру и ахала бы еще громче.
— И так неплохо. Ты же знаешь, какая я любопытная, и все равно меня не пускал, садист!
— А ты все равно заговорила мне уши, хитрюга. Ну все, довольна теперь? Потому что план с ложем удовольствий все еще в силе, — поигрывает он бровями.
— Там даже простыни нет, — сомневаюсь я.
— Когда это нас останавливало? Пойдем уже, хватит меня дразнить.
— Ты так уверен в своей победе, да?
— Я еще ни разу не проигрывал в подобном споре, мелочь, тебе ли не знать. Все, марш в спальню!
* * *— Нормально? — раздается над ухом хриплый голос Кира.
Нет. Не нормально, даже близко. Чувство распирания почти на грани, как и то, как глубоко он в меня проникает в этой позе.
Я лежу на животе, распластанная под ним, и он давит на меня — в меня — сверху, оглаживая своими руками мои бедра, сильнее раздвигая их, чтобы быть максимально глубоко, так, что я не могу даже выгибаться ему навстречу, а его пах ближе, чем когда-либо, прижат вплотную к моей попке. Мне хочется кричать и одновременно я не могу сказать ничего, лишь издавать жалкие хнычущие звуки, на которые не считала себя способной, чувствуя, как буквально теку на пронзающий меня член, из-за чего по комнате разносятся пошлые хлюпающие звуки каждый раз, когда Кир делает толчок.
От того, как прерывисто звучат его слова, словно он изнемогает от желания трахнуть меня еще сильнее, еще быстрее, все внутри сжимается. Мои стеночки пульсируют, стискивая его член. Такой большой, что это почти всегда на грани боли, восхитительной, которую я жду и принимаю с нетерпением, не уступающим его.
— Еще… — запоздало выдыхаю в ответ на его вопрос, чувствуя, как дрожь пробегает по позвоночнику от его довольного смешка.
— Хочешь глубже, Ася? — медленно вытаскивая, пока внутри меня не остается лишь кончик, спрашивает он. — А ты сможешь? Я и так забрался…
— Еще! — нетерпеливо прерываю его, ерзая в поисках трения, что вызывает еще один смешок.
Из моего горла вырывается громкий визг, когда он задвигает на полную. Я полностью дезориентирована. Я просто сгусток тяжелой горячей энергии, разрастающейся в моем животе, потому что не осталось больше ничего, кроме нее.
