Она беззвучно выскользнула из кабинета… как мы могли это упустить?
— Только не говорите мне, что она стоит прямо позади меня…
— А в лицо “персоне” слабо сказать?
Девочки быстро сметают со стола печенье, и вытягиваются по струнке.
За Милосской вальяжно выплывает босс….
ГЛАВА 11
— Так, так, так… — вальяжно молвит Злобин, а на губах его коронная усмешка расплывается, — все в сборе!
С прищуром обводит льдисто-синими глазами присутствующих и констатирует:
— Ну почти все. Главные звёзды коллектива здесь! Запомните их, Венера Викторовна, этим вот… особенно спуску не давайте.
— Будет сделано, босс! — пропела курва почти по-армейски, выпятив вперёд громадные дойки, будто хвастаясь своим громадным хозяйством.
По мне это не какое-то достоинство, а уродство. Большая грудь — это чересчур, как и большие губы — раздутые до безобразия вареники.
— А верхние пуговицы вот-вот вылетят с мясом….
— Мечтаю, чтобы боссу точно в глаз.
— Слышишь, ткань трещит? У неё там в лифчике дыни или арбузы?
— Гири! — ехидничаю я шёпотом, отвечая Светке.
Злобин выходит в центр комнаты, ровняясь с Венерой, его рука ложится на её бедро, чуть притягивая к себе.
У меня внутри что-то происходит!
Как будто извергается вулкан.
Во рту мгновенно пересыхает, а пульс разгоняется до трёх ударов в секунду.
Я не могу перестать смотреть на его бесстыжую ручищу, которая по-хозяйски мнёт бедро лицемерной шлюшки."
"Сминает её кожаную юбку, забираясь под модную шубку, ощупывает как куклу на прилавке утех.
И Лев в этот момент почему смотрит на меня, будто так задумано.
Оу, а Милосская сияет ярче новогодней ёлки, того гляди из трусов выпрыгнет от обилия внимания.
— Что хотелось бы сказать? Думаю, добавить нечего, до вас уже слухи дошли — неудивительно! Но всё равно обязуюсь сказать в официальном ключе — прошу любить и жаловать нового члена нашей… чёкну… прекрасной команды!
— Венера Викторовна Милосская! Это я! Да! Спасибо больше, Лев Валентинович, это честь для меня!
— Венера Викторовна приступает к своим обязанностям с завтрашнего дня, отныне вы все находитесь у неё в подчинении.
У Венеры Викторовны прекрасные характеристики и уникальные методы работы.
— О да! — сиськи в тесном декольте хвастливо подпрыгнули, я не удержалась от того, чтобы не закатить глаза. — Уверена, мы сработаемся и добьёмся небывалых высот!
— Меня очень радует ваш оптимизм.
Похоже здесь рады только они вдвоём… Остальные, простые работяги, повесили носы, начав мириться с тем, что их ждёт ад.
