Пока они разговаривали между собой, никто не слышал тихого стука в дверь, и лишь когда оба мужчины затихли, в дверь будто ударили ногой.
— Что, к тебе бабы ломятся? — усмехнулся Филин.
В тишине квартиры отчетливо раздалось: «Сова-а-а! Открыва-а-а-й! Медведь пришел!». Филин громко расхохотался, услышав медведицу, которую по голосу не узнал, думал что проститутка пришла.
— А девочка то с юмором! — хохотал он, пока Влад шел к двери.
Когда он её открыл, нарушительница его спокойствия стояла к нему спиной, оперевшись рукой на стену и ругалась с соседкой-эскортницей, что вышла в коридор в одном тонком халатике.
— Че тебе надо, швабра носатая?! Я тебе сосать что ли нонстопом мешаю?! — кричала Ида полуголой девушке.
— Как тебя пустили то сюда, алкашка?! — фыркнула она, откинув волосы назад и громко хлопнув дверью за спиной.
— Ида?! — наконец, отошел от шока Влад.
— Ой, сова открыла! — улыбнулась Ида, повернувшись к нему и окидывая его ошалелым взглядом.
Она толкнула его в грудь обоими руками и прошла мимо него, на ходу скидывая кроссовки.
— Ой, здравствуй, Кролик или ослик Иа? — спросила она незнакомого мужчины, которого не узнала, потому что тот переоделся, да и в глазах у неё немножко рябило.
— Скорее второе. — процедил сквозь зубы Влад, вставая позади Иды и в ярости глядя на ошарашенного Филина. — В поезде говоришь? В одном вагоне едут?!
— А где шлюхи? — спросила Ида, оглядываясь вокруг.
— Какие шлюхи? — хохотнул Филин.
— Ну хоть какие нибудь. — разочарованно вздохнула Ида.
Увидев панорамные окна, она дернулась всем телом и повернулась боком к окнам, сделав стену из своей ладошки, которую прижала ребром к виску, сооружая завесу между собой и пустотой окна.
— Что ты делаешь? — улыбнулся Филин, глядя на явно поддатую женщину с блестящими серыми глазами, которые буквально пленили его, как только он заглянул в них впервые.
— Мне нельзя туда смотреть, я могу в обморок упасть! — сообщила она ему громким шепотом.
— Ида, почему ты не едешь в поезде? — осторожно поинтересовался Влад, пока она рылась в кармане у себя на животе одной рукой.
Выудив его фляжку оттуда она сунула ему ее в руки.
— Вот, я всё выпила, чтобы храбрости набраться и сюда подняться! — с хмельной улыбкой сообщила она.
— Там было всего грамм сто. — покачал он головой.
— Ну мне, как видишь хватило! — пожала она плечами и повернулась к нему корпусом, прочищая горло.
