А я в благородство, на хрен, играл. По справедливости решить хотел."
"— Лузанским же вроде нам мстить не за что? — все же уточняю. Они в этот список пострадавших от Ромкиной большой любви точно не попадают. А Санников явно слышал все, что может мне дать зацепку.
— Не за что. Но кто ж не хотел бы прибрать к рукам империю Багировых! Каждый только мог бы и мечтать об этом! А Лузанские были с вами почти на равных. Чуть меньше. Чуть ниже, но почти! Насколько я знаю, они предлагали вам объединиться в свое время. Но ты отказался, Бадрид.
Да, — сжимаю пальцами переносицу. Отказался. Тогда я был связан совсем другими договоренностями и даже слушать не стал про объединение!
— Они воспользовались ситуацией. Этой ненавистью. Связались с обиженными семьями. Кого-то перетянули на свою сторону тем, что нельзя позволять Багировым творить все, что вам хочется. Кому-то пригрозили. С кем-то обещали поделиться куском вашего после того, как все закончится. В общем… Херовый расклад, Бадрид. Самый херовый, что можно себе представить.
— Спасибо. Стас, — поднимаюсь, крепко пожимая ему руку.
— Спасибо. Я расплачусь с тобой, даже не сомневайся. Я всегда расплачиваюсь по долгам. И за предательство и за помощь. И ты прав. Даже с того света.
Санников уходит, а я всю ночь провожу за бумагами.
Но ни хрена не складывается.
Нас реально обложили по полной.
И даже зная про их планы, мы не отобьемся. Время. Драгоценное, бесценное время я упустил. Тогда, когда надо было действовать на максимум. А теперь поздно! Теперь, мать твою, поздно!
Плюнуть на все и скрыться с Мари?
И что это, на хрен будет тогда за жизнь?
Можно снять какие-то деньги.
И что? Всю жизнь скрываться? Прятаться по норам в страхе, что я отойду на час, а вернувшись, могу не застать ее в живых?
Два дня. Я должен придумать решение за эти два дня!
71 Глава 71
Мари.
Дом полон прислуги, людей, а для меня он пустой. Совсем пустой без Бадрида!
Ирма пришла на следующий день, как он уехал.
Сама принесла завтрак, хоть я и не просила.
С той самой ночи я не видела ее, хоть и знала, что она в доме.
— Прости меня, Мари, — останавливается уже на выходе из моей комнаты.
Но, видимо, передумала. И мнется теперь, теребя платок в руке.
— Прости. Я не хотела, чтоб так вышло. Я не думала. Я даже представить не могла, что он способен… Способен так любить! Он ведь. Он ведь не отходил от твоей постели. За руку держал. Сам! Сам тебя мыл и массаж делал. И постарел тогда. Как целую жизнь прожил. Стариком стал.
