Его как будто пчела ужалила.
Не знаю, но мне кажется, у него какое — то предубеждение по поводу F.M.G. Я за две недели нашего сотрудничества не слышала, чтобы он так разговаривал. С раздражением и психами.
Когда выходим на улицу, в нос мне ударяет нереально холодный воздух. Тут градусов двадцать блин, не меньше!
Вижу, как мой босс врубает автозапуск. Значит, мы уже близко.
Семеню за ним молча, но на пятой минуте не выдерживаю.
Идем уже целую вечность!
— Гдде машина? — спрашиваю я, стуча зубами.
Такси доставило меня прямо к входу, и я не успела почувствовать всей этой уличной драмы.
— Да тут парковка в жопе мира! — сетует он, а я уже вижу эту проклятую парковку.
Реально, я забыла, когда было так холодно. Я коленок не чувствую. Смотрю на Костю, а он еще и без шапки! Хотя держится так, будто на курорте!
Наконец — то вижу его Мерседес.
Спасибо, спасибо!
Он открывает машину и распахивает для меня дверь. Запрыгиваю внутрь как сайгак. Салон еще холодный.
Брррр…
Вижу, как мой босс оббегает капот и занимает водительское место.
- Ммм… — бурчит он, передергивая плечами, и смотрит на консоль. — Минус двадцать пять!
Моя одежда не рассчитана на такие температуры. И обувь тоже. Меня колотит, грею руки дыханием прямо через варежки. Он видит это, и стягивает свои перчатки, затем высвобождает мои ладони и берет их в свои. Подносит к губам и дует на наши руки. Они моментально согреваются, поэтому я быстро высвобождаю их и прикладываю к его красным ушам.
— Через две минуты будет очень тепло.
— тихо обещает он.
Мгновение смотрим друг на друга, потом начинаем целоваться. Он ловит мои губы своими и обхватывает мою голову в зеркальном жесте.
Обожаю вкус его губ. Обожаю его запах. Обожаю своего босса.
По телу растекается тепло и слабость. Его нижняя губа немного потрескалась, поэтому я приласкала ее языком.
— У меня есть хороший бальзамчик. Завтра все заживет. — весело говорю, отстранившись.
— Она и так завтра заживет. — усмехается он.
Не выдерживаю и легонько касаюсь свежего шрама над его бровью.
Когда он пришел в мою жизнь две недели назад, у него там был шов. Но сейчас его убрали. Там было два стежка.
— Это откуда? — спрашиваю тихо, глядя в его голубые глаза.
Он убирает мою руку и тянется к панели, нажимает какие — то кнопки.
— Согрелась?
Ясно. Мы не хотим об этом разговаривать.
— Да, — отвечаю, располагаясь в кресле и пристегивая ремень.
Он тоже пристегивается и выруливает со стоянки.
