– Абзац! Если вы серьёзно…
– Более чем.
– Хорошо, я поговорю с экипажем. Но машину мы вам не доверим.
– Идёмте. – Савельев взял пилота под локоть, подвёл к Плащинину. – Виктор Викторович, он с нами. Нужно объяснить товарищу, что ему предстоит сделать.
– Егор Левонович, – позвал Плащинин.
– Егора не трогайте, пусть занимается дронами."
"– Ладно, сам объясни. – Плащинин отошёл к возившимся с беспилотниками людям.
Сергей Макарович вынужден был подбирать слова, чтобы лаконично растолковать ситуацию сбитому с толку лётчику.
– Понял, – наконец пришёл в себя обалдевший Неклюдов. – Пойду к своим.
Савельев кинул короткий взгляд на Спицына, и майор последовал вслед за командиром «Ми‐8».
Запустили дрон.
Процедура стала привычной, на дождь, то стихающий, то усиливающийся, не обращали внимания, спорить о местонахождении «потусторонней браны» перестали (объяснений Карапетяна, жонглирующего понятиями теории суперструн, никто не понимал) и лишь терпеливо ждали, когда вернётся очередной дрон и что принесёт в своём чреве.
Спешить Плащинин не стал. Вертолёты СОА по-прежнему торчали на военном аэродроме возле столицы Баира, американцы по соседству тоже не предпринимали никаких активных действий, и можно было не опасаться провокаций ни с той, ни с другой стороны. Часа три-четыре в запасе у «мирной российской делегации» были.
Дрон вернули через полчаса. Однако на сей раз ничего нового он не показал. В «потустороннем» мире наступил вечер, видимость ухудшилась, никто рядом с беспилотником не пролетал, и видно было лишь вялое движение на территории полуострова, отгороженного с одной стороны лентой реки, с другой – цепью деревьев, похожих на земные баобабы.
Похоже было, члены экспедиции ЮНЕСКО готовились к ночи, сооружая из кустарника и тростника навесы и шалаши.
Савельев тоже пережил всплеск разочарования, не увидев вблизи дрона своих бойцов. Но он же первым и объяснил их отсутствие в разговоре с Карапетяном, согласившимся отдохнуть несколько минут в компании с приятелем.
Вытерлись насухо в его палатке, соорудили кофе.
Температура воздуха в районе реки упала на десять градусов, но это лишь усугубило духоту, и люди дышали буквально туманом, воздушно-водяной смесью, не приносящей облегчения даже при включении вентиляторов.
Карапетян подсел к компьютеру, ещё раз просмотрел все три видеозаписи, делая пометки в рабочем блокноте.
– Я тут кое-что посчитал ночью…
– Прекрати загонять себя в инфаркт! – рассердился Савельев.
