— Мне нужны такие люди, — заявляет Морозова Галина, хлопая по плечу, и ретируется, не прощаясь.
Как раз подгребают трое учеников.
— Ну что, всё? — Лепечет толстушка. — В общагу хочу, с ног валюсь.
— Бездельники, — рычит на них графиня. — Толку от вас, как с козла молока, всем минус!
— Всё из — за этого выскочки, — слышу недовольное от носатого.
Но мне уже плевать! Я снова спешу к Василисе.
— А хочешь, ко мне в поместье поедем? — Спрашиваю, хватая её за нежные лапки.
— В тот самый дом?
— В тот самый дом, — соглашаюсь.
— Со мной жить будешь. Что скажешь?
Блин, и кто меня за язык тянет⁈
— Без дозволения папеньки не могу, — отвечает, давая мне некоторое облегчение. — Но погостить готова. Поехали!
— Не вздумай, — слышу от Зорана, который вплотную ко мне уже подъехал и угрожающе навис.
— Что мне не вздумать? — Смеюсь, подпихивая княжну обратно в экипаж. — Займись своими функциональными обязанностями, понял?
— Чего⁇
— Всё, неси службу, как полагается, — бросил ему и закрыл за собою дверку, устраиваясь с княжной на одной лавке.
— Зоран хороший, мне так не хочется, чтобы вы ссорились, — лепечет Василиса.
— Мы и не ссоримся, я просто его воспитываю, — отвечаю и высовываюсь к кучеру. — В Малорыжково поехали.
— Да, барин! — Отчеканил мужичок бодро.
Обнимаю за талию княжну и хочу уже поцеловать, хотя бы немного побаловаться, как в созревшие школьные годы. Зашатался экипаж, ещё не тронувшись. Дарья засовывается:
— Я не помешала?
— Нет, располагайся, — отвечаю вздыхая.
— Знакомьтесь…
Слышу, как Крезо кучера потеснил и поводья себе забрал. Тронулись!
За нами целый табун всадников поспешил. И, похоже, ещё одна карета с фрейлинами да служанками. Куда такую ораву размещать, ума не приложу.
Придётся потесниться.
Выехали из Каменцов. Ещё на подъезде к деревне почуяло моё сердце, что недоброе случилось.
Народ целой толпой прямо в ночи на въезде встречает с лесом факелов.
Выскочил из экипажа с бешеным сердцем. Вдалеке дома горят!
Илларион впереди всех бежит и в ноги падает.
"
"— Беда барин! Половцы напали к полуночи, три дома сожгли, дюжину девок увели наших.
— И Леночку, — раздаётся от Ефима с отчаянием.
И сердце моё обваливается.
— Что ты несёшь⁈ И в поместье залезли⁈ — Не сумел сдержаться, ухватив его за грудки.
— Она случайно подвернулась в доме Клавы, — залепетал.
— На кой хрен она туда ночью пошла⁈
— Муж пьяный Клаву бил, разнимала…
— Что за дура! Куда увели⁇ — Шиплю сквозь зубы.
