Привычного мира больше нет. Планета изменилась. На ней больше не существует стран, нет границ и отсутствуют города. Нет ничего, что окружало людей до Катастрофы. Они погибли, даже не успев понять, что случилось. А те, кто выжил, ежедневно сражаются за само право жить. Привычного мира нет. Есть развалины. И их всего двое, среди пепелища. Двое — среди руин....
— Этот ветер, и в самом деле, соленый…
— Как с моря. Я помню. Там тоже так пахнет.
— Он и есть… с моря.
Ната широко раскрыла глаза:
— Ты шутишь?
— Нет. Если идти от развалин города все время вперед, на север… Ну, типа на север — упрешься в берег.
Ната не понимала, и я был вынужден пояснить:
— Дело в том, что море сейчас намного ближе… Или мы сами, вовсе не там, где были…. В общем, не знаю я. Но это факт. До моря — три-четыре дня. А так как мы идем все время петляя — и того ближе. Правда, даже на таком расстоянии ветер уже не должен нести его запах — но, как видишь, мы его чувствуем.
— Это не сказка?
Она еще не верила…
— Нет, к сожалению. Все, что находилось от города севернее — под водой. Вся наша страна… Кроме того — ты увидишь еще кое-что. Скоро. На словах это не передать…
Пройдя через весь «нижний» город, мы оказались у подножия обрывистой стены провала. Ната охнула — она не видела с острова, что случилось с ее частью города, и теперь изумлено смотрела на громаду земли, возвышающуюся над нашими головами.
— Не может быть! Ты, на самом деле, спустился оттуда?
Это был скорее не вопрос, а утверждение. Я уже понемногу говорил ей, что мой «дом» находится выше ее убежища, но девушка не понимала истинного значения этого слова, пока не увидела сама, насколько выше… Ната с тоской посмотрела наверх: вершина провала терялась в тумане, скрадывая истинную высоту.
— Да.
— С самого верха?
— С самого. Собственно, иного пути и нет. Можно, конечно, попытаться дойти до того места, где вода из болота падает вниз — но, что там творится, не знаю.
Ната думала о своем… Грустно усмехнулась и тихо сказала:
— У меня не хватит сил.
— Но…
Она посмотрела на меня как-то странно, но, ничего не сказала, и лишь чуть сдвинула губы в нервном порыве…
— Так. Ясно. Ты подумала, я жалею, да? Нашел себе обузу на шею… Ната, я не для того тебя искал! И я, что-нибудь, придумаю! Но ты здесь не останешься!
Она безразлично произнесла:
— Я и не думала ничего… А искал ты ведь не меня.
— Что с тобой?
Она вдруг прислонилась к холодной земляной стене и закрыла глаза:
— Устала… Я столько времени провела там, на острове. Пещерка, костер, вода. И запах… Из-под мешков и вообще… Отовсюду. И снова — пещерка, костер, вода. И все.
— Ты отвыкла от нагрузок и ослабла от голода.
