Вывести из страны спящего человека та еще задача, но у семьи были связи в воздушной авиации США, а у меня на руках паспорт на имя жены, Мелены Нортман, которая боится летать и перебрала с успокоительным. Вопросов у команды частного бизнес-джета, которым владел наш финансовый конгломерат, не возникло. Еще бы! Им не за это платят.
Сейчас я медленно потягивал бурбон, смиряя бушевавший внутри адреналин, притупляя вкус победы – рано ликовать, все только начинается. Я повернулся, внимательно посмотрел на похищенную мной молодую женщину – пять лет тюрьмы позади, но до того я никогда не преступал закон, финансовые хитрости ни в счет.
Именно в тюрьме я стал преступником, вот и результат – юный и пугливый. Во сне Мелена казалась еще моложе. Волосы удивительного светло-серебристого оттенка, густые и… – коснулся выбившейся прядки, мягкие – уложены в уродский пучок, пухлые губы немного приоткрыты, длинные едва тронутые тушью ресницы беспокойно дрожат. Даже во сне напряжена. Темная юбка и пиджак представляли жуткое зрелище.
Как можно так подобрать дорогие дизайнерские шмотки, чтобы полностью уничтожить женскую привлекательность? Нет, для восьмидесятилетней старухи очень даже ничего, но не для двадцатитрехлетней молодой женщины. Красивой женщины. Мелена была забитой, тихой, покорной, но по-настоящему красивой.
Ничего, скоро я узнаю, что спрятано под жуткой шелухой, которую на нее нацепили. Попробую на вкус и с великой точностью определю, насколько сладок этот плод. Успел ли созреть? Мне не было стыдно за то, что украл ее, и угрызения совести не будут мучить за то, что собираюсь с ней сделать.
Им просто ни к чему больше взывать, а Мелена настолько наивна и доверчива – мне доверилась! – что соблазнить ее можно в одно мгновение. Но ради своего мрачного удовольствия я помедлю и наслажусь ее добровольном падением в мои распутные объятия, условно добровольным, конечно.
В восемнадцать лет она возбудила во мне мужской интерес, но теперь я ничего к ней не чувствовал, даже банального желания оттрахать.
Это нужно исправить. Рядом со мной должна быть женщина, горячая и соблазнительная, а не безвольная тень. Мелена должна расцвести как ее шлюха-мать. Из-за ее аппетитной задницы убили Грея. И из-за его безрассудства, конечно. Они оба виноваты: брат уже поплатился. Джоанна, вероятно, тоже. Не удивлюсь, что ее смерть тоже на совести ублюдка мужа. Подонок!
Я смирил гнев, ударивший в голову, стоило вспомнить тот злополучный вечер, и снова посмотрел на Мелену.
