Автор
В Риналлии, где восемь братьев и сестер разделяют одну маму, каждое слово взаимных претензий становится частью бесконечного спора. Непосредственный голос матери заполняет каждый угол дома, заставляя детей скрываться или вступать в ставки на громкость звуков. Вместе с этим уникальным даром Риналлии приходит осознание собственного таланта - я, как и моя мама, способна заглушить любые голоса....
Минаэль осекся и скривился, как будто съел что-то кислое.
– Меня подставили. Кто-то вскрыл опечатанные мешки с товаром, власти обвинили в нарушении правил, мошенничестве. Удалось доказать, что это сделали неизвестные лица, но штраф выплатить пришлось, и ярмарку я пропустил, понеся убытки. В лицензии мне почему-то отказали, я так ничего и не продал.
– Поэтому решил жениться на мне и поправить свое положение, – холодно закончила я.
– Мы нужны друг другу. Сейчас даже больше, чем раньше.
– Нет.
– Послушай, если дело в невинности, то мне безразлично, как далеко все у вас зашло.
– А вдруг я беременна? – не удержалась от ехидного вопроса. Его щедрость сегодня просто зашкаливала.
– Ты беременна? – Пристальный взгляд на мой живот и гримаса отвращения. – Тогда надо поспешить со свадьбой. Уединишься в отдаленном имении. Оборудуем лабораторию, будешь делать духи. Я возьму дела на себя. Ты тайно родишь и отдашь на воспитание, а у нас еще будут наши дети.
– Минаэль, твое предложение просто верх великодушия.
– Риналлия, не глупи! Ты в безвыходном положении. Если всплывет информация о том, что ты в положении…
– То что? – с вызовом взглянула на него.
– Вашей семье никогда не отмыться от этого позора. Вас не примут ни в одном приличном обществе. Акифу ты не нужна, он не сильно-то и настаивал на законности вашего брака. Получил, что хотел, и потерял интерес?
– Убирайся! – Я угрожающе сжала садовую лопатку в руке. Так и хотелось стукнуть кой-кого по темечку.
– Тихо-тихо! Нервы уже шалят?
– Во-первых, я не беременна и нигде уединяться не собираюсь, так что не спеши торжествовать. Во-вторых, у меня нет никаких непреодолимых трудностей, чего не скажешь о тебе. Ты же все вложил в свой товар, не так ли? – Я тоже умела быть ядовитой.
– Дура! Да кому ты нужна после всего? Неважно, в положении ты или нет, слухи имеют особенность распространяться даже на пустом месте. Пока еще все выяснится, а вот тень на имени останется.
"– Тут ты прав. Репутация – наше все. Стоит твоим кредиторам узнать, что ты сидел в тюрьме за мошенничество, как никто не захочет иметь с тобой никаких дел. Так что только попробуй обо мне хоть одно дурное слово сказать, и я порву твою деловую репутацию в клочья. А еще позабочусь о том, чтобы ни один твой морской груз не дошел до места назначения.
Если бы взглядом можно было убивать, то я бы уже корчилась в конвульсиях. Но не один Минаэль умеет угрожать.
