Автор
Матвей Соболев, офицер контрразведки, вступает в борьбу с системой криминального беспредела, захлестнувшего страну. Путь «кулака и меча», избранный им против врагов, самый эффективный: на зло он отвечает злом, на насилие ответным насилием. Но что он сможет противопоставить самому Монарху Тьмы?...
Саша был самым молодым в команде и самым вежливым, хотя отпор мог бы дать любому. Он занимался бодибилдингом, гимнастикой и выглядел весьма внушительно.
Людмила отвернулась от дисплея компьютера, сделала гримаску, означавшую улыбку. Матвей окинул взглядом ее хорошую фигурку и вошел в кабинет шефа.
Сергей Сергеевич Афонин был смугл, высок, энергичен, подтянут, безукоризненно выбрит и подстрижен и всегда великолепно одет: президент тратил немало средств и времени на свой внешний вид. Однако имидж интеллигентного, умного руководителя был им не наработан, не натренирован, а, что называется, всосан с молоком матери.
В кабинете уже находился вице-президент фирмы Эрик Баблумян, такой же молодой, как и глава «Рюрика», а также главный бухгалтер Шаровский, которого Матвей недолюбливал за подчеркнутое высокомерие. В команде фирмы Аркадий Самсонович был старше всех, хотя ему недавно и исполнилось всего тридцать восемь лет. Баблумян и Шаровский стояли у стола, а президент опирался на него.
– Что пригорюнились? – спросил Матвей, заметив, что настроение начальства близко к минору. – Сон плохой увидели?
– Коллективный, – улыбнулся Баблумян, которого не портили ни усы, ни огромный нос.
– Ждем налоговую инспекцию, – сказал Афонин.
– В первый раз, что ли? В чем трагедия? Поднимут документы, убедятся в идеальном порядке и отстанут.
– Это не рядовая проверка, – покачал головой Шаровский. – Кто-то из окружения мэра очень нас невзлюбил и землю роет, чтобы прищучить.
– А разве в работе фирмы появился криминал?
Шаровский скривил губы, не желая отвечать, Афонин глянул на него с интересом, обошел свой стол и сел в кресло.
– Ладно, разберемся. Слышали, послезавтра к нам приезжает Олег Янченко, будет давать концерты органной музыки?
– А рекламы в газетах не было, – сказал Баблумян. – Я бы сходил с женой.
– Концерты для местной элиты, потому и нет рекламы, – буркнул Шаровский, доставая зубочистку. Эта его манера – чистить зубы в любом месте и при любых собеседниках – чрезвычайно раздражала Матвея.
"– Хорошо бы, Аркадий Самсонович, – кивнул президент. – Я тоже не откажусь сходить. Пойдешь? – обратился он к Матвею. – Сколько тебе билетов?
Матвей хотел отказаться, но потом подумал, что концерт, возможно, развлечет Кристину, и показал два пальца.
– Хорошо, к вечеру будут. – С этими словами Шаровский вышел.
