Когда мы добрались до моего четырехэтажного кирпичного дома, поднялись по лестнице и остановились около моей квартиры-студии, располагавшейся на первом этаже, Кеннеди не предпринял ни малейшей попытки напроситься в гости.
— Это окно твоей спальни? У тебя нет на нем решетки. Это не безопасно.
Мне не хотелось признаваться, что я сама чувствовала тебя тревожно из-за этого и даже планировала поставить сигнализацию, но потратила все свои сбережения на новый платяной шкаф.
— Окно закрывается на защелку.
Кеннеди посмотрел на меня то ли с тревогой, то ли со злостью во взгляде.
Я потянулась к дверной ручке, еще раз поблагодарив мужчину, но он встал передо мной, опустил руки мне на плечи и притянул к себе. На сей раз его губы были мягкими, а поцелуй нежным. Эти осторожные ласки так сильно отличались от предыдущего страстного, полного желания поцелуя. Кеннеди отстранился, коснулся моего лба своим и провел пальцами по моим губам.
— Доброй ночи, Хоуп.
Я улыбнулась, подождала, пока он отстранится, и направилась к двери.
Когда я обернулась на него в последний раз, с моих губ помимо воли сорвалось короткое:
— Да.
Кеннеди, уже спускающийся по лестнице, повернулся и нахмурился.
— Да?
— Я отвечаю «да» на твою просьбу.
Мужчина улыбнулся, и снова его ямочки размером с Гранд-Каньон заставили мои колени дрожать. Я подарила ему ответную улыбку и без оглядки вошла в дом, чувствуя, что его взгляд остановился на моей заднице.
Глава 5
— Так, выкладывай, дамочка.
Мы не планировали и не обсуждали нашу встречу за завтраком в пятницу утром, но я знала, что после вчерашнего стремительного исчезновения из «Айкон» Шона будет ждать меня в нашем кафе.
После стольких лет знакомства мы походили на старую супружескую пару, которая наперед знает мысли друг друга.
— Я понятия не имею, что произошло. В одну минуту между нами витает сильное сексуальное напряжения, а уже в другую — он провожает меня до дома, где мне приходится принимать холодный душ."
"— Забудь про душ. Я хочу подробности о сексуальном напряжении.
— Шона была черлидером баскетбольной команды, но, по-моему, ей стоило стать детективом. Она как никто умела вытягивать секреты из человека, заставляя того чувствовать вину за утаивание информации.
— На самом деле, нечего рассказывать. Мы поели мороженого, и он меня поцеловал так, что на пару минут я забыла собственное имя. Потом он молча проводил меня до дома, подарил еще один нежный поцелуй и даже не напросился в гости.
— Ты еще с ним встретишься?
— Не думаю.
