Стакан был граненым, как положено, но не стандартного объема, а вдвое меньшего — на сто граммов. Это, конечно, являлось нарушением установленного порядка, но Дятлов не хотел «развязываться», и коллеги с ним согласились. Уменьшенную посуду он наполнил, как и положено — до краев, потом аккуратно опустил две большие золотые звездочки, так что водка выпятилась над краями мениском. Встав, он аккуратно, чтобы не расплескать, поднял стакан, замер на миг с отставленным локтем, потом наклонил голову и залпом выпил водку вместе со звездочками, которые, впрочем, тут же аккуратно выплюнул — по одной на каждое плечо.
— Капитан Дятлов звание майора представил и обмыл! — четко доложил он, и сидящие за столом восемь офицеров одобрительно захлопали.
— Скоро меня догонишь, Павел Сергеевич! — одобрительно прогудел начальник УР подполковник Иванцов. — Рад за тебя. Твоя версия полностью подтвердилась, твои результаты вывели розыск на опаснейшего маньяка, и только головотяпство Колесова и иже с ним помешало задержать этого Черенко.
И я, каюсь, не проявил последовательности и принципиальности, чтобы пробить твой план.
— Ладно, Виктор Сергеевич, не в тебе дело, — махнул рукой свежеиспеченный майор. — Полковник Кузнецов меня понял, Логашова убедил, к генералу сходил. Я уже почти на пенсию вылетел, а он колесо в обратную сторону закрутил, теперь я старший опер и майор, буду и дальше гадов ползучих ловить и давить! Давайте за руководство выпьем, за их справедливость!
— Такое редко бывает, — сказал кто-то.
— Да уж…
Рюмки чокнулись в очередной раз."
"— А кто же все-таки прикончил этого Ястреба? — спросил лейтенант Замойский, заново разливая водку. — Да странно так…
Сидящий рядом с именинником Волк напрягся.
— Похоже, один маньяк на другого нарвался, — объяснил Иванцов. — Кто бы еще перехватил ему горло бритвой?
— Так они же перед этим долго дрались, стрелялись, в Ястреба четыре пули всадили! — не унимался Замойский. — Как бритва с пистолетом сочетается? И почему его пули не взяли? Он что, в бронежилете был?
— Да нет, — сказал Дятлов, искоса бросив быстрый взгляд на Волка.
— Патроны редкие, 6,35, видно, отсырели при долгом хранении… У них уже силы не было: две пули повернулись и плашмя легли, одна в кость уперлась, одна по ребрам скользнула…
— Хватит вам про этого ублюдка говорить, — возмутился майор Зайцев. — Давайте за Павла Сергеича выпьем. Это человек негромкий, но дело свое знает лучше многих других.
