Спортсмен, победитель, герой страны, а с любимой женщиной повел себя как последний трус. Он ведь даже не пытался ее удержать. Все надеялся, что поймет и так...
- Вот он придет, я ему все выскажу! – финальным аккордом раздалось в приемной.
- «Он» уже в курсе, - не ожидая больше ни секунды, Виктор вышел из своего укрытия. – Юля, ты золото. Напомни через пару дней, чтобы я повысил тебе зарплату.
- А мне? – мгновенно справившись с удивлением, нашелся водитель.
- А ты везешь меня в аэропорт. Сейчас. И лучше поторапливайся, пока я не заменил тебя кем-нибудь менее болтливым.
***
Перед Рождеством группе фотографов пришлось несладко. Организаторы ругались, требуя скорейшего завершения работы. Сроки горели, и заказчики уже грозили штрафами. Неминуемо приближалась дата открытия гостиницы. Трудиться приходилось по двенадцать – четырнадцать часов в сутки. Чтобы успевать, Аля отказалась от перерывов на обед. Лишь когда в глазах темнело от усталости, она позволяла себе выйти минут на пять на свежий воздух. А затем возвращалась.
Бралась за новый объект, ставила свет, делала пробные кадры, что-то передвигала. И так до поздней ночи."
"В один из перерывов свежего воздуха оказалось мало. Голова гудела как поезд, а в висках ломило. Чтобы хоть как-нибудь помочь себе продержаться, она направилась в ближайшее кафе за вредным, но таким нужным сейчас пирожным. Не дошла всего метров десять. Будто кто-то дернул за плечо. Обернулась.
Голубая рубашка в витрине одного из магазинов мгновенно привлекла внимание.
Дорогой бутик. Обманчиво скромная вывеска. Вначале Аля прошла мимо. Даже улицу перешла, но непокорный внутренний эстет заставил повернуть назад. Пришлось вновь лезть через сугробы и, скрещивая пальцы на удачу, чтобы никакая машина не обрызгала мокрым снегом и грязью, иди к магазину.
Ее словно магнитом тянуло туда. А ради чего? Ради мужской рубашки? Перламутровых пуговиц и тонкого хлопка нежного василькового цвета? «Я должна ее увидеть!» - наплевав на здравый смысл, ответила себе Аля. Впервые за долгое время у нее появилось желание.
Острая потребность увидеть, прикоснуться... Как будто в этой рубашке содержались ответы на все мучившие вопросы.
В строгом выверенном крое.
В безупречных петлях и широких манжетах.
В тончайшей, но наверняка прочной ткани.
В ее сути.
Как ребенок перед лавкой шоколадника, Аля замерла возле витрины. Манекен в голубой рубашке был на месте. Смотрел белесыми глазами на тротуар. Глуповато улыбался прохожим. Высокий и стройный.
