Он отошел в сторону, забился в угол, сел прямо на пол и заплакал. Его худенькие плечи вздрагивали, а рыдания просто разрывали сердце. Похоже, что не только мне, но и Ратмиру. Он неловко подошел к Дарену и приобнял за плечи.
– Не плачь, сынок. Если так хочешь, пусть мама останется… на время, – последние два слова Ратмир бросил совсем другим, злым голосом, посмотрев на меня, словно на убийцу.
Я поежилась. Было понятно, что эта передышка временная. И что Ратмир смягчился только после той сцены, что устроил Дарен.
И после его слез сейчас.
– А ты молодец. Храбрый мальчик. Маму защищал. Так и надо делать, – все так же неловко похвалил его Ратмир, погладив по голове, и отступил.
Дарен встал, немного пошатываясь и держась за стену. И бросил на Ратмира недоверчивый взгляд.
– А не обманешь ты меня? Не прогонишь маму, когда меня рядом не будет? – вместо того, чтобы рассыпаться в благодарностях, неуверенно проговорил Дарен.
И посмотрел на Ратмира взглядом лесного звереныша, которого принесли из самой чащи.
Не привык он к хорошему от Велеса. Случалось и такое, что обещали ему что-то, а потом забывали выполнить. Правда, Велес никогда не обманывал Дарена напрямую. Но то Велес, а то Ратмир. И чего ожидать от него, мальчик не знал.
– Не обману, – серьезно проговорил Ратмир, присаживаясь перед сыном на корточки. – Обещаю. Слово свое княжье даю.
Дарен вздохнул и кивнул. Но все равно попятился, когда Ратмир потянулся, чтобы обнять его.
И юрким воробышком выпорхнул за дверь.
– Куда он? – всполошилась я.
Ратмир покачал головой, грустно глядя вслед сыну.
– Не надо. Не трогай его. Я и сам таким был в детстве. Гордым, испуганным птенцом. Побыть ему одному надобно. Успокоиться. В себя прийти. Наговорили мы друг другу много лишнего. Переварить ему надо. Найдет укромный уголок во дворце, выплачется там да к нам вернется. И помиримся мы с ним. Обязательно помиримся.
Я шумно задышала, но не стала спорить.
И так тут на птичьих правах осталась. Чего злить Ратмира еще больше? Тем более, что Ратмир скользнул ко мне, как дикий хищный кот. И перехватил меня за подбородок сильными длинными пальцами. Глаза его при этом сверкнули темно и плотоядно.
– А теперь поговорим о нас, Злата, – хищно выдохнул он, и мне снова стало страшно.
Сладкий трепет отчего-то возник внизу живота, и я прикусила губу.
– Может, лучше к Дарену сходим? – поспешно спросила я.
