Она успокоилась и все время, пока снова не заснула, не спускала с него глаз. Смотрела, как он чистит оружие, готовит кушать на костре, как он ест и как пьет травяной отвар, и все он делал ловко и споро, и все, что бы он ни делал, ее восхищало. Спали они снова вместе, но когда он хотел ее поцеловать, она, хоть и очень сама хотела этого, ему отказала.
– Подожди еще немного, мне пока нельзя, – попросила она и принялась рассказывать наложенные на нее ограничения и обязательства в связи со званием хранителя.
* * *Утром мы еще по темноте быстро перекусили, выпили мой последний кофе.
Оставили все лишнее в пещере, Альва-Мари я вообще дал только один кинжал. Сам взял свой почти пустой рюкзак, и то только потому, что там была еще банка тушенки и патроны россыпью. В гору идти было тяжело, но мы шли и шли, тропа была небольшой, были места, где мог идти только один человек, справа каменная стена, а слева глубокая пропасть. День был пасмурный и холодный, но мне было жарко от ожидания предстоящей схватки.
К последней заставе мы подошли далеко после обеда.
Тропа делала поворот, и я вдруг услышал голоса за поворотом. Осторожно выглянув из-за скалы, я увидел двух тонгирцев, играющих в кости на ровной площадке среди нагромождения осколков скал. Видать, одурев от безделья, воины вообще плюнули на службу. До них было метров пятнадцать, очень не хотелось стрелять, чтобы не всполошить остальных, кто знает, сколько их тут. Я достал нож и сюрикен, нож взял в правую руку, а звездочку в левую.
Ну, с богом, подумал про себя, вдруг почему-то вспомнив бога своего мира. Резко выскочив из-за скалы, я метнул нож, а потом и сюрикен. Нож точно вошел в горло одного из воинов, а вот звездочкой почти смазал, она рассекла не горло, а щеку второго. Он заорал, и я понял, что задуманное получилось лишь наполовину, выхватил пистолет и выстрелил во вскочившего на ноги воина.
А затем бегом кинулся к посту, выдернул нож, обтер его об одежду убитого врага и осмотрелся. Метрах в ста стояли две юрты, и там сновали тонгирцы, несколько человек кинулись бежать к посту, но, увидев незнакомца, то есть меня, остановились и повернули назад.
Тропа к ним шла на подъем, и быстро к ним не добраться. Вдруг из-за юрт выскочил драгон, а рядом семенил поводырь в своем черном балахоне, наверное, за юртами были еще какие-то строения, отсюда не видные. К этим двоим присоединились еще с десяток воинов, и они не спеша двинулись ко мне, изредка постреливая из луков.