— Поселила шлюху прямо под своим носом! Видела же, что она тут ходит меня соблазняет почти без одежды! И так и случилось! Я сегодня специально подгадал, чтобы тебе показать истинное лицо этой проститутки! Смотрю, на лавке ты сидишь, а как подниматься стала, тут я свой спектакль и разыграл. Приласкал, погладил, а она ко мне так и льнет, так и льнет. Скорее, говорит, пока жена твоя не явилась!"
"Пока он это говорил, Лизавета то бледнела, то краснела, потому что уже мысленно попрощалась со своим статусом замужней женщины и готова была супруга выгнать, но если Леонтий говорил правду… если он это все намеренно разыграл…
— Вот тебе мое слово, жена.
Вернешь эту потаскуху сюда — я уеду и на развод подам. И живите здесь с ней припеваючи! А если со мной остаться хочешь — выдворяй ее навсегда. Захочет внучку нашу забрать — пусть. Нет, так будем воспитывать сами, чай, не старые еще! А Игоря и Сашу больше не трогай. Я сыну миллион наш отдал и сюда с Софией прописал! Квартиру они с женой продадут, разведутся и это будет справедливо!
Елизавета Николаевна только и могла, что беспомощно хлопать глазами, слушая мужа… Она нащупала стул и тяжело опустилась на него.
Прописал… Игоря и внучку… без ее ведома. И деньги их последние отдал.
— А помирать не смей! Хоронить тебя мне уже не на что! — припечатал напоследок Леонтий, и она не сдержалась.
Закрыла лицо руками и заголосила. От неизвестности, которая ждала впереди, но и от облегчения, что нахлынуло, когда выгнала эту прости господи! Сразу хорошо на душе стало… А деньги? Да заработают они еще.
Леонтий вон мужик еще крепкий и приносит неплохую зарплату.
— Пойду, вещи ее соберу, — сказала она, проревевшись.
Муж в это время ее успокаивать не торопился, просто стоял неподалеку и ждал, когда этот слезный поток иссякнет.
— А потом с Софушкой погулять схожу, вряд ли она вернется за ней…
Под словом «она» Лизавета имела в виду Нику.
Леонтий тут же закивал.
— Вместе и сходим, — веско сказал он. — И давай договоримся раз и навсегда. Все решения будем принимать сообща.
Никаких больше поползновений в сторону Саши! Она решила, что простить сына нашего не сможет, это ее выбор. С квартирой пусть сами разбираются. А внучка наша… Вот ей себя и посвятим. Она одна совсем, кидают ее туда-сюда, как мячик…
Выслушав это, Елизавета улыбнулась и кивнула.
— Ты точно мне не соврал? — спросила строго.
— Точно! — заверил ее муж и на душе окончательно стало легко-легко.
Через полчаса все вещи Вероники были собраны и выставлены за дверь.
