Пройдя в ванную, я сняла джинсы и майку, обмоталась сухим полотенцем и вышла. Когда поняла, что Игорь закатил грязную коляску прямо в нашу комнату, захотелось выругаться.
— Я все уберу! — словно прочитав мои мысли, сказал Харламов, выйдя ко мне навстречу.
Я прикрыла глаза и досчитала до трех, пытаясь успокоиться. Все тщетно! Спокойствием тут и не пахло. Прошла на кухню, увидела, что тесто уже перевалило за край миски. При виде этой картины стало так себя жаль, что я не удержалась и громко всхлипнула. Пока я тут кулинарничала и пыталась накормить мужа разносолами, он успел сходить налево и заделать ребенка.
И не просто сделал это, но еще и съездил с этой женщиной в ЗАГС, где записал дочь на себя!
А может, все было еще проще, но сложнее одновременно? Может, все это время Игорь вообще жил на две семьи? Какой же ужас!
Запихнув сбежавшее тесто обратно в миску, я выбросила его в помойку. Конечно, могла и не раскидываться продуктами, заморозив тесто впрок, но у меня сейчас голова была забита другим.
А уж о том, чтобы после всего случившегося, как ни в чем не бывало заниматься выпечкой, я вообще помыслить не могла.
— Я заказал необходимое, сейчас привезут и она успокоится, — обратился ко мне муж, когда я стояла, тяжело оперевшись о раковину и смотрела в никуда.
Только в ушах так и звучали крики Софии, которые сейчас казались наполненными какой-то жуткой безысходностью. Что ж, я вполне ее понимала, потому что ощущала то же самое.
— Позвони ее матери и пусть она заберет твою дочь, — каким-то чужим голосом, который напугал даже меня саму, ответила, повернув голову к Игорю.
— Я звонил. Она отключила телефон.
— Тогда отвези ее туда! Ты ведь знаешь, где она живет!
Я не сдержалась и, подлетев к мужу, стала лупить его, куда ни попадя.
— Ты! Ведь! Знаешь! Где! Она! Живет! — кричала я, молотя Харламова кулаками по груди, плечам, лицу.
Меня не останавливал даже тот факт, что полотенце слетело, и я вообще осталась в одних трусах. Плевать! Мне вообще на все уже плевать!"
"Игорь терпеливо сносил мои побои до момента, пока я не выдохлась и, не подхватив с пола полотенце, приложила его к груди и отступила.
Тяжело дыша, я смотрела на мужа, ожидая хоть чего-то! Что обычно мужчины делают в таких ситуациях? Бросаются на колени перед женой? Умоляют простить? Пытаются оправдаться? Но я ведь знала, что Игорь делать так не будет. Он всегда удивлял меня своим спокойствием и даже хладнокровием… Но, пожалуй, в его профессии иначе было никак.
